Воевать против ИГИЛ нужно на всех фронтах

Теракты «Исламского государства» (ИГИЛ) в Париже 13 ноября стали покушением на невинные жизни. За день до парижских терактов шахиды лишили жизни 43 человек в Ливане. В прошлом месяце 224 человека погибли из-за взрыва в российском авиалайнере над Египтом.

Только 10 месяцев назад Париж был подвергнут нападениям джихадистов. Местные спецслужбы находились в состоянии повышенной готовности, и все равно боевикам ИГИЛ удалось уничтожить и покалечить людей. Просто и трагично: миру нужно выстраивать более прочную защиту. Вопрос лишь в том, как это делать, пишет The Economist.

Знать своего врага

ИГИЛ выстраивает терроризм, рассчитывая на зло. Группировка считает, что успешные теракты будут вдохновлять будущих мусульманских радикалов, которых оно пытается завербовать. Но «Исламское государство» стремится еще и вызвать негативное отношение к мусульманам, чтобы убедить тех же радикалов, что мир презирает их и их религию.

Реакция на это должна быть так же прагматично рассчитана. Выступая с речью во время чествования памяти жертв теракта, президент Франции Франсуа Олланд поклялся уничтожить ИГИЛ. Цель достойная, но это только часть задачи, потому что в горячих точках Ближнего Востока множатся другие джихадистские группы с такими же кровожадными намерениями. Государствам следует разрабатывать политические стратегии, которые они стабильно будут воплощать, даже если регион и в дальнейшем будет лихорадить, а террористы все равно иногда будут проникать сквозь все преграды.

Мероприятие имеет две цели: защищать жизнь своих граждан и либеральные ценности толерантности и верховенства права, на которых базируется его общество. Когда между этими двумя ориентирами возникает противоречие, нужно выбирать курс, который сведет к минимуму потерю ценностей, но обеспечит надежную защиту. К сожалению, в панических поисках безопасности этот принцип, похоже, часто забывают первым. Безопасный мир начинается дома и при условии соблюдения определенных законом полномочий. Радикализация джихадистов часто происходит в интернете через небольшие группы. Они общаются, пользуясь электронными средствами связи. Оставляют следы путешествуя. Разведывательные службы должны иметь контролируемый доступ к этим данным. Решение проблемы — определенная законом структура деятельности под пристальным политическим и судебным надзором.

Закон может быть гибким, но до определенной степени. После заявления Олланда о введении чрезвычайного положения, который он через голосование в парламенте будет пытаться растянуть до трех месяцев, полиция может проводить рейды по всей Франции, не предъявляя ордера. Сейчас некоторые из таких операций закончились арестами, а одна, 18 ноября в столичном пригороде, — стрельбой и раскрытием подготовки очередного теракта. Кратковременное расширение полномочий силовиков оправдано увеличением угрозы последующих диверсий. Но французский парламент должен быть осторожным. Если впоследствии обыски без оформления надлежащего документа станут привычным делом, неизбежно начнутся
превышение обязанностей.

Имеют значение и ресурсы. В середине ноября Великобритания объявила о 15-процентном расширении штата своих служб безопасности и удвоение расходов на кибероборону. Олланд пообещал привлечь к работе больше полицейских и судей. Но некоторые другие государства, похоже, не способны ответить на вызов. Кое-кто из парижских террористов жил в брюссельском пригороде Моленбек, значительную часть жителей которого составляют мусульмане, и не всем из них удалось интегрироваться. В соответствии с Бельгии в Сирию едет больше желающих присоединиться к ИГИЛ, чем из других европейских стран. Бельгийские спецслужбы — слабое звено.

Это важно, потому что после заключения Шенгенского соглашения не стало пограничного контроля между 26 странами Европы. Она имеет свою символическую и экономическую ценность, но из-за нее ухудшается работа разведывательных служб. Только, скажем, с Балкан к Шенгену попадает автомат, как становится практически невозможно помешать ему оказаться в руках джихадистов во Франции. Террорист в Брюсселе может незаметно опоясаться поясом шахида и свободно доехать до Парижа, чтобы там подорваться. Странам Шенгенской зоны нужно приспособиться к миру, который стал более опасным. Во-первых, им нужен надежный внешний рубеж. Французы хотят создать усиленную европейскую пограничную службу, которую будут финансировать и комплектовать все члены Шенгена. Идея хорошая, но запоздалая.

Во-вторых, в зоне без границ правительствам нужно убрать препятствия для контроля. База данных мигрантов Европейского Союза не согласована с базой Европола — правоохранительным учреждением ЕС. Европарламент блокирует план предоставления полиции доступа к именам пассажиров авиарейсов, проникаясь тем, что это нарушение конфиденциальности. Страны могут осуществлять выборочный надзор на границе, но он несистематический. В целом в Европе процедура запроса информации у других государств, например, о баллистических данных ДНК преступников, зачастую сложная и затяжная. Изменив такие моменты, можно было бы усилить безопасность без посягательства на основные права. Вот это и стоит делать.

В поисках козлов отпущения

И, наоборот, введения строгого контроля на внешних границах с целью недопущения беженцев серьезно подорвет либеральные ценности, отнюдь не сделав Европу более безопасной. Хотя именно это — закрыть двери перед беженцами — предлагают политики в Европе и Америке после того, как оказалось, что один из парижских террористов попал на континент через Грецию, возможно, по фальшивым сирийским паспортом. Логика запрета въезда беженцам глубоко ошибочна и с практической, и с моральной точки зрения. Понятно, что риск инфильтрации террористов существует и Европа должна следить за новоприбывшими. Однако как минимум пятеро парижских террористов были не беженцами, а ее гражданами. А если человек настроен взорвать себя и совершить теракт, то она всегда может заплатить контрабандистам, которые провозят нелегалов. Часть беженцев, прибывающие на греческие острова, сами стали жертвами джихадистов, в частности европейцев, которые поехали в Сирию воевать в рядах ИГИЛ. Если Европа отгородится от мусульман стеной, то это и будет означать (в подтверждение слов ИГИЛ), что она презирает их всех. А таким способом тоже можно проторить путь к терроризму.

Борьба против ИГИЛ

Кроме укрепления границ и облегчения процедуры опознания террористов, которые уже пересекли, мир должен бороться против ИГИЛ у нее дома: в Ираке и Сирии. Крайним шагом может быть развертывание наземных сил государств Запада.
Кто-то (особенно левые) утверждает, что военная операция не защитит ни ценностей Запада, ни его безопасности. Если результат военных действий заранее неизвестен, то убийство людей оправдать трудно. Кроме того, это воскресит из пепла насилие джихадистов и подвергнет мир на еще большую угрозу. Именно это, утверждают они, показали войны в Афганистане и Ираке. Эти конфликты действительно послужили хорошим уроком. Но выводы из них ложные, когда их подгоняют к конкретным целям ИГИЛ. Современные вооруженные силы хорошо предоставляются для того, чтобы изгнать джихадистов с определенной территории, даже если восстановить после этого страну они не сумеют. Именно боевыми действиями удалось вытеснить «Аль-Каиду» из Афганистана. Впоследствии постоянные удары по ее лидерах, которые скрывались в Пакистане, значительно ослабили организацию.

Тот факт, что ИГИЛ удерживает территорию, как это когда-то делала «Аль-Каида» в Афганистане, особенно важен. Вытурить ее оттуда нужно, потому что она использует эти земли для заработка денег и вербовки, подготовки и координации тысяч потенциальных террористов. Пока «Исламское государство» будет держать в своих руках «столицу» Ракку и иракский город Мосул, она будет символической «родиной» для радикальных мусульман. А то, что ей удалось выстоять перед крупнейшими государствами мира, — ибо так хочет Аллах, — еще больше их вдохновит.

Альтернатива войне — выждать, пока ИГИЛ рассыплется сама. Но это напрасная надежда. Группировка не исчезает, потому что на Ближнем Востоке идет титаническая борьба между суннизмом и шиизмом. На нее наслоились конфликты между региональными государствами и соперничество между США и Россией. Пусть там что говорят противники боевых действий на Ближнем Востоке, это противостояние провоцирует не Запад. Даже если бы западные державы вывели свои войска и переключились только на дипломатию, кровь лилась бы и дальше едва ли не десятки лет.

Поэтому в пользу военного вмешательства тот факт, что альтернатива еще хуже. И все-таки кампания США со «зломлення и окончательного уничтожения» ИГИЛ происходит крайне медленно отчасти из-за того, что военный вариант решения проблемы никогда не был приоритетным.

Однако после Парижа миссия стала острее. Олланд, поклявшись быть «безжалостным», приказал французским силам активно бомбардировать Ракку. Америка тоже постепенно активизируется. В частности, недавно она заявила о развертывании контингента сил особого назначения для борьбы против ИГИЛ. Правительство Британии, вероятно, попросит разрешения парламента поддержать авиаудары по мишеням в Сирии: давно уже пора выступить вместе с союзниками.

Все это хорошо, но вряд ли этого достаточно. Чтобы уничтожить ИГИЛ, нужно взять Ракку и Мосул. И здесь уже необходима армия. Пока что запланировано готовить иракские силы для действий в Ираке, а в Сирии рассчитывать на поддержку курдов и боевиков, что воюют против ИГИЛ. Этот план не слишком успешный. У курдов есть и свои проблемы. А иракцы и сирийцы, несмотря на выучку (и деньги), не готовы к большим баталиям.

Поэтому сейчас следует начинать с попыток реализации имеющегося плана: привлекать больше военных инструкторов и значительно больше сил специального назначения, которые поддержали бы иракские части. Но если это не удастся, военных придется искать где. Бывший французский президент Николя Саркози выразил не только свой взгляд, когда предложил объединить усилия с Россией и смириться с Асадом, чтобы использовать их силы против ИГИЛ. Такой подход может сперва показаться привлекательным, но закончится кровавой бойней: и Асад, и его иранские спонсоры — заклятые враги суннитов, проживающих на захваченных ИГИЛ территориях. Лучший вариант — создать по мандату ООН силы из частей армий Турции, Саудовской Аравии и стран Персидского залива. Это будет нелегко, но все их правительства заинтересованы в стабилизации суннитского региона, который представляет для них угрозу (прямую в случае Турции, что сама недавно стала жертвой террористов из ИГИЛ).

Барак Обама и другие западные лидеры заинтересованы в создании такого альянса, ведь если эта схема терпит фиаско, то военная кампания будет зависеть от сил НАТО. А этот вариант до сих пор не имеет достаточной политической поддержки. В выступлении на прошлой неделе хозяин Белого дома, похоже, больше убеждал отказаться от перспективы наземной операции с западным контингентом, чем говорил о собственно борьбе с ИГИЛ. Впрочем, с каждым нападением на Запад необходимость вооруженного противостояния «Исламском государстве» будет расти. Если бы на американской территории произошел серьезный теракт, вопрос был бы решен.

А еще надо говорить

Однако самой военной силы не достаточно. Она может обезопасить остальной мир на короткое время, но критики справедливо отмечают, что исламский террор закончится лишь тогда, когда на Ближнем Востоке воцарится мир. Поэтому параллельная цель — заставить страны региона прекратить марионеточные войны между собой и создать в Сирии и Ираке федеральные государства, которые будут гарантировать суннитам, шиитам, алавитам и курдам сосуществования и достойное представительство в правительствах. Для этого нужно укрепить администрацию в Багдаде. А еще положить конец гражданской войне в Сирии. К сожалению, судя по венской встречи, состоявшейся в середине ноября, к такой договоренности еще очень далеко.

Дипломатический процесс простым не будет. Отсутствие прогресса в нем не должно стать тормозом для боевых действий. Но к поиску политического урегулирования следует подойти со всей серьезностью, задействовав все стороны, включая Россию и Иран. Камень преткновения — Асад, которого поддерживают оба последних. Если остаткам его страны и суждено когда-нибудь дождаться мира, то на его руках слишком много крови, чтобы он оставался у власти на неопределенный срок. Тем временем Путин столкнулся с другой угрозой джихадистов: ее усиливают вояжи в Сирию исламистов с Северного Кавказа. Поэтому, может, его и удастся убедить, что России не нужен Асад, чтобы избавиться от ИГИЛ, а заодно и получить союзника на западе Сирии.
Беззаботного пятничного вечера Ракка кажется невероятно далекой от Парижа. Но недавние теракты показали, как легко идеи насилия пересекают границы. Жизни невинных людей до сих пор угрожает опасность. И угрожать, наверное, еще не один год. А потому больше становится причин начать действовать уже против каждого звена в цепи.

Метки: ,

...
  1. Последние новости
  2. Популярные новости

Популярные новости сегодня

загрузка...
Шенгенская виза: категории и оформление рейтинги Украины
Реклама

Это интересно...

Соглашение об ассоциации

Мероприятия в ЕС

О нас

Метки