ИГИЛ: причины нежизнеспособности

Причины провала ИГИЛ как государстваПровозгласить халифат не сложно. Значительно труднее поддерживать его жизнеспособность. Но сейчас «Исламское государство» еще дышит не смотря на усилия отдельных достаточно мощных государств арабского и западного мира.

В гробу - тело юноши, убитого на передовой войны с «Исламским государством Ирака и Леванта» («ИГИЛ»). Но отдать ему последнюю дань в мечети Имама Али в Наджафе подходят единицы. По одну сторону женщины рыдают у гробницы Али, зятя пророка Мухаммеда и четвертого халифа ислама, убийство которого можно считать за начало раскола между суннитами и шиитами. По второй - тихо молится группа паломников из Ирана. В проповеди, которая звучит из громкоговорителей, речь идет о браке, а не о войне. На территории вокруг здания толпятся целые семьи, земля усеяна мусором и объедками.

Прошлым летом жители города Наджаф в самом сердце шиитского Ирака жили в смертельном страхе перед приходом «ИГИЛ». Ее боевики массово вышли из укреплений в Сирии и на северо-западе Ирака и захватили значительные территории суннитской части этой страны. До Багдада им оставалось несколько километров; под угрозой оказался и Эрбиль, столица автономного курдского региона на севере. В июне «ИГИЛ» провозгласила восстановление халифата - единого государства для всех мусульман. Но, в отличие от халифата Али, в этом должны действовать крайне строгие нормы для правоверных: шиитов туда не принимали, многим суннитам также ничего не светило, пишет The Economist.

Провозглашение халифата на территории между Ираком и Сирией - главная особенность специфической угрозы, которую представляет «ИГИЛ». «Аль-Каида» тоже имеет планы по созданию халифата, но по ее представлениям он должен был бы возникнуть как плод приверженности мусульман к делу группировки. В то же время концепция «ИГИЛ» - это навязанный силой порядок, что будет привлекать правоверных. Это различие во взглядах отчасти объясняет раскол двухлетней давности между группами.

Перенос халифата из области слов в действительность, становление его в форме настоящего государства частично объясняет такой успех «ИГИЛ» в вербовке боевиков за рубежом. Помогает в этом географическое положение: Билад-аль-Шам (другое название Леванта) занимает в воображении ревностных правоверных особое место. В пророчествах о конце мира говорится про Дабик - регион на севере Сирии, который сейчас находится в руках «ИГИЛ» и название которого имеет англоязычный пропагандистский журнал группировки.

Читайте также: Иран активно распространяет своё влияние в регионе

Повстанческие движения часто осуществляют обеспечение на подконтрольных территориях, но мало кто из них претендует на какую-то государственность, тем более в таком масштабе, как «ИГИЛ». Сейчас на захваченных последней землях проживает около 8 млн человек.

Халифат имеет в себе определенное величие и авторитет, даже если большинство мусульман его не воспринимает. Территория обеспечивает его ресурсами. Но экспансионизм, нужный для сохранения государственности, делает сомнительным постоянный успех этого образования. Чтобы финансировать себя, «ИГИЛ» должен и в дальнейшем расширяться. Кроме того, концепция халифата заключается в том, что он должен быть везде. Одновременно необходимо управлять уже захваченными территориями, чтобы доказать, что «Исламское государство» - это не просто банда террористов.

Похоже, что в «ИГИЛ» были завышенные ожидания. В августе ее расширение остановилось, а во многих районах Ирака пришлось отступать с боями. Поэтому в Наджафе и в определенной степени в Багдаде борьба с ним воспринимается уже не как бой на выживание, а скорее как просто очередная война. Доходы, от которых зависит «ИГИЛ», уменьшились. Появляются признаки недовольства на подконтрольных территориях и между самими членами группировки.

Международная коалиция против «ИГИЛ», организованная США после отставки в августе 2014 года премьер-министра Ирака Нури аль-Малики, насчитывает сейчас около 60 стран; обычно они наносят нескольких воздушных ударов за день. Америка предоставила вооружение иракской армии и курдским пешмергам; инструкторы из США готовят солдат Ирака; такую же выучку Америка обещает небольшой группировке повстанцев из Сирии, что будет бороться против «ИГИЛ».

Впрочем, на большей части территории Ирака против «ИГИЛ» преимущественно воюют шииты, которых поддерживает Иран. В разгар наступления «Исламского государства» иракский аятолла Али аль-Систани, один из шиитских религиозных деятелей, издал фетву, которая призвала «всех способных к службе иракцев» вступать в «Хашид аль-Шаби», центр организации добровольцев для борьбы с «ИГИЛ». На призыв откликнулись в основном мужчины-шииты, которые чувствуют обязанность подчиняться приказам аль-Систани - записалось минимум 100 тыс. лиц.

Иран обеспечивает «Хашид аль-Шаби» деньгами и оружием; это группировки номинально подчиненные иракскому правительству, однако занимается им в основном Тегеран. Последний, кроме того, имеет большое влияние на натренированную американцами, но чрезвычайно заброшенную и расколотую со времен премьерства аль-Малики армию и посылает туда советников, среди которых Касем Сулеймани, начальник иранской элитной Революционной гвардии. Благодаря стараниям этого генерала Багдад ныне хорошо укреплен, а воздушный транспорт безопасный. Отменен комендантский час, который длилался на протяжении 12 лет, поэтому иракцы могут до глубокой ночи курить кальян на набережных Тигра. Торговые центры и кафе заполонили толпы людей. Такого спокойствия в городе не было со времени вторжения коалиционных сил под руководством США в 2003 году.

Иракская армия и различные шиитские добровольческие группировки воюют на пять фронтов в провинции Салахеддин на юго-запад от столицы и могут, кажется, вскоре могут отбить у «ИГИЛ» главный город провинции Тикрит, хотя наступление на него, похоже, остановилось 13 марта. По словам военных, тогда они попросили американцев о поддержке с воздуха.

Курды вернули себе все, что считают территорией Курдистана. Их линия фронта хорошо укреплена, и ее прикрывает авиация. По словам одного дипломата, «этот рубеж длиной 1 тыс. км напоминает Первую мировую». Иногда «ИГИЛ» делает вылазки за линию (в январе состоялся ожесточенный бой за Киркук), но редко когда им удается проникнуть вглубь курдской территории более чем на 5 км.

В итоге «ИГИЛ» потерял около 13 тыс. км2, уменьшившись на четверть по сравнению с площадью на пике завоеваний. По подсчетам американцев, около тысячи ее боевиков погибло только в баталиях за Кобани - курдский город возле сирийско-турецкой границы, который, несмотря на многомесячные попытки, группе так и не удалось захватить полностью. По информации иракского эксперта Гишама аль-Гашими, убито 17 из 43 высших командиров «Исламского государства». И, несмотря на все потери, воины с линии фронта говорят, что людей в «ИГИЛ» еще хватает. Кажется, вербовка не прекращается и до сих пор.

Но если военное давление пока не очень и уменьшило число боевиков «ИГИЛ», то в другом его последствия видно. Гуссам Наджи Шенин Тагер аль-Лами, бывший член этой группировки, который сейчас находится в тюрьме в Багдаде, говорит, что оно боится ударов с воздуха. Именно они заставили «Исламское государство» отказаться от перевозки припасов конвоями. Меняется и способ ведения войны «ИГИЛ». «Раньше это был бой до победы или до смерти», - рассказывает Саад Маан из Министерства внутренних дел Ирака. Сейчас они иногда отступают. «Они не воюют с нами на поле боя», - говорит Наим аль-Обейд из шиитской группировки «Асаиб Ахл аль-Хак», одного из самых известных в Ираке. «Зато они расставляют самодельные взрывные устройства и засылают террористов-смертников». Маан говорит, что иракские войска «сломали волю «ИГИЛ», другие считают это тактической реакцией на изменение ситуации.

Знакомое бедствие

Ведущая роль шиитских добровольцев в борьбе с «ИГИЛ» превращается в проблему, когда дело доходит до отвоевания захваченных ею территорий. Население этих внутренних земель в основном сунниты, настроенные против правительства за репрессии Башара Асада в Сирии и приверженности шиитов бывшего иракского премьера аль-Малики. Они не очень любят вооруженных шиитов. До сих пор эта проблема не виделась непреодолимым, но пока что операции совершались преимущественно в районах со смешанным населением, где проживают и шииты, и сунниты.

Хотя «Хашид аль-Шаби» старательно позиционирует себя как националистическое формирование (гроба в Наджафе накрывают иракским красно-бело-черным знаменем, а не черным, как другие в мечети), оно почти полностью состоит из шиитов. Для многих фронтовиков нынешняя война является религиозной.
Американцы не горят желанием участвовать в операциях вместе с шиитами-добровольцами. Кое-кто из них воевал против США (особенно отчаянно - группа «Асаиб Ахл аль-Хак») во время оккупации после 2003 года. И добровольцы и иранцы, в свою очередь, менее склонны просить о помощи авиации Соединенных Штатов, чем иракские военные. Это объясняет отсутствие воздушных ударов в Тикрите.

К тому же боевики-добровольцы известны жестокостью и склонностью казнить без суда и следствия. За такое поведение в Тикрите, не остался бы без последствий возможный поход на Мосул - значительно больший город, который изначально был базой клики джихадистов, бывших сторонников «Аль-Каиды», которые теперь заправляют в «ИГИЛ». Некоторые считают настоящей столицей халифата именно Мосул, а не Ракку - город на востоке Сирии, куда отступила «Исламское государство». По словам одной его жительницы, много местных, которые радовались отходу иракских войск аль-Малики и появлению «ИГИЛ», видят в наступлении добровольцев-шиитов что-то вроде мести.

Читайте также: Боевики ИГИЛ казнили по меньшей мере сто бойцов-иностранцев

Поскольку сунниты не доверяют «Хашид аль-Шаби», для Мосула готовят новую силу из местных добровольцев и полиции, как рассказывает один из иракских вице-президентов Усама аль-Нуджаифи, суннит и уроженец этого города. Кое-кто сомневается, что ее вообще вышколять или что она будет согласовывать свои действия с другими сторонами. Это лишь добавляет неуверенности относительно того, насколько далеко и быстро можно будет продолжать наступление на «ИГИЛ». Хотя некоторые американские чиновники заявляют о возможности штурма Мосула весной, говорить об этом еще рано, пока точно не известно, какие именно группы примут в нем участие.

В Сирии, где у него немного противников, «Исламское государство» удерживает большинство захваченных территорий. На северо-востоке его оттесняют на юг силы сирийских курдов, но оно медленно проникает на запад, в пустыню, что граничит с городами Хама и Хомс, до нефтяных месторождений, которые пока контролирует режим Асада.

Трудно сказать, поможет ли «ИГИЛ» присвоение новых залежей черного золота. Воздушные силы коалиции умеют взрывать буровые вышки: 8 марта они уничтожили нефтеперерабатывающий завод «ИГИЛ» возле города Тель-Абъяд на севере Сирии. Гашими считает, что от начала таких налетов группировка потеряла почти три четверти своих доходов от нефти и через это оказалась в финансовом затруднении. Надежды на то, чтобы и дальше требовать выкупы за западных заложников, нет. Сейфы банков в Мосуле уже разграблено. «ИГИЛ» может зарабатывать продажей культурных ценностей, которые она еще не уничтожила в порыве борьбы против идолопоклонства (как всегда, уцелевшее может подняться в цене), а потом ей остаются разве что надеяться на деньги, принесенные новыми боевиками, поступления от рэкета и налоги в виде мусульманской милостыни - «закат».

Одна из причин нежизнеспособности «ИГИЛ» как государства - нехватка финансов. Сначала она предлагала своим «гражданам» все услуги, включая школы (пусть и с измененной программой: без английского, с большим количеством часов на изучение Корана), больницы и электроснабжения. В последнее время начались перебои, которые могут усилиться, если правительства Ирака и Сирии прекратят выплаты зарплаты госслужащим на подконтрольных «ИГИЛ» территориях. Сирийцы - беженцы из Ракки жалуются на мусор посреди улиц и отключения электроэнергии. Боевикам все еще платят (от $90 до $500 за месяц), но Гашими говорит, что сейчас они получают меньше на жилье и транспорт.

Упомянутая выше жительница Мосула говорит, что коммунальные услуги в городе еще доступны. Но это может измениться. Запасы хлора для дезинфекции питьевой воды иссякли, а такие проблемы подрывают государственные амбиции «ИГИЛ» и отдаляют от него тех иракских суннитов, которые сначала его приветствовали. Это не единственный источник недовольства. «Когда сюда пришло «ИГИЛ», люди в Мосуле были счастливы, - рассказывает женщина. - Но сейчас многие поняли, что оно ничем не лучше [за военных аль-Малики]: арестовывают наших мужчин без причины, просят у людей деньги, заставляют их закрывать свои магазины и платить за право открыть их снова».

Пока что тем, кто соглашается с вариантом исламского правления от «ИГИЛ» или считает его форпостом против репрессий жестокого режима Асада или шиитского правительства Ирака, живется сносно. Но с ухудшением собственного положения «Исламское государство» все чаще прибегает к преследованиям. Оно шпионит за гражданским населением и собственными боевиками и безжалостно наказывает за проступки: как недавно сообщали, одному террористу «ИГИЛ» отрубили голову за то, что он слишком любил наказывать на горло других. Придерживаться драконовских общественных правил, в частности запрета на курение и обязанности носить никабы для женщин, должны все.

Поэтому не удивительно, что люди все больше жалуются на правление «ИГИЛ», особенно на сирийских территориях. Иракское происхождение большинства руководителей «Исламского государства» означает, что много кто считает их оккупантами. В Сирии уже убиты несколько членов этой группировки, и организация проводит ротацию своих эмиров (принцы - так называют местных правителей), опасаясь переворота, что может произойти из-за спора между иностранными и местными боевиками (иностранцам платят больше). Поговаривают, что введены новые меры, затрудняющие дезертирство из «ИГИЛ», следовательно, такие попытки, очевидно, уже были.

Читайте также: Джихад может выйти за пределы ИГИЛ и начаться на Западе

В этом свете шокирующие пропагандистские приемы «ИГИЛ» вроде сожжения живьем пленного иорданского пилота и уничтожения древнего иракского города Нимруд можно трактовать как жестокую браваду, что скрывает слабость. Но это, кажется, не отпугивает небольшого потока потенциальных рекрутов, которых привлекает обещание нового государства. Боевики и дальше едут из-за рубежа: большинство из арабских стран, преимущественно из Туниса и Саудовской Аравии, но немало также с Запада.

Другие страны обеспечивают «ИГИЛ» не только кадрами, но и идеологической поддержкой. Лидер «Исламского государства» Абу Бакр аль-Багдади принял клятвы верности от группировок из Ливии и Синайского полуострова в Египте, а также от «Боко харам» из Нигерии. Это добавляет великолепия халифату, но похоже, что верхушка «ИГИЛ» не имеет реального контроля над силами, которые составили эту присягу.

Если халифат не сможет расширяться, он развалится, что похоронит претензии «ИГИЛ» на историческую или даже эсхатологическую роль. Там, откуда «ИГИЛ» уже выбили, ее больше трактуют как обычную террористическую организацию, которой она была перед началом захвата территорий. После освобождения от «ИГИЛ» расположенного к югу от Багдада города Юсуфи там прозвучало несколько взрывов. «Сефевиди» и «крестоносцы», как «Исламское государство» называет Иран и Запад, второстепенная проблема, главное - истреблять местных врагов.

Привлекательность «ИГИЛ» за рубежом может на какое-то время пережить сам халифат, а его ветераны, вне сомнения, рассеются по миру. Теракты от имени «ИГИЛ» происходят от Сиднея до Парижа. «Мы еще никогда не сталкивались с такой террористической угрозой, - заявил американский дипломат Бретт Мак-Гурк. - И эти боевики очень молодые, поэтому опасность будет сохраняться в течение всей нашей жизни».

А политические факторы, которые дали «ИГИЛ» основания надеяться на собственную государственность, окажутся более долговечными за него самого. В Сирии пока что не видно конца войне. По иронии судьбы Иран, который боится группировки, не перестает поддерживать Асада, а тот считает «Исламское государство» полезной: пока она будет существовать в виде вооруженной силы, он может позиционировать себя как борца с исламистскими повстанцами, которых Америка тоже считает злом, но не может с ними воевать на месте.

В политической жизни Багдада и в дальнейшем доминируют иракские шииты. Это не означает отсутствия изменений. Большинство иракцев, независимо от убеждений, считают, что после прихода в прошлом году к власти премьер-министра Гайдера аль-Абаде ситуация улучшилась по сравнению с той, что была за Малики. Абаде сформировал более представительный кабмин, распределив министерства между суннитами, шиитами и курдами, и принял бюджет, хотя проблем в нем предостаточно. Новый дух сотрудничества возобладал в правительстве отчасти из-за угрозы от «ИГИЛ».

Но вице-президент Ирака Айяд Аллави считает, что это правительство больше говорит, чем действует. Требования суннитов (например, освободить заключенных за время правления Малики) в основном не выполнены. Многое зависит от судьбы Национальной гвардии - новой силы, предложенной в противовес доминированию шиитов в армии. Многие иракцы опасаются, что это будет просто новый вариант группировки «Хашид аль-Шаби», несколько разбавленный суннитами, который даст новый статус преимущественно иранским частям, а затем лишь усилит влияние Тегерана на вопросы, связанные с государственной безопасностью. В стране, где воцарилось глубокое недоверие, немало кто считает, что «ИГИЛ» - это, по сути, фасад, созданный для прикрытия захвата иранцами аппарата госбезопасности Ирака. Еще больше людей убеждены, что речь идет о происках Америки.

Настроенные против «Исламского государства» сунниты считают, что их следует снова вооружить как тогда, когда американцы сражались против предшественницы «ИГИЛ» в Ираке - «Аль-Каиды». Но давать оружие им никто не желает. «Мы хотели иметь национальную армию, - говорит Гази Файзал аль-Куауд из племенной группы, которая воюет на стороне правительства в Рамади. - Зато они создали что-то вроде шиитского «ИГИЛ».

А недоверие шиитов к суннитам растет так же быстро, как и потери от их боевиков. Осматривая гигантское кладбище в Наджафе, копатели могил говорят о процветании своего бизнеса благодаря частым захоронением боевиков. «Столько работы я еще никогда не имел, - говорит один, - даже после 2003-го или 2006-го [в разгар гражданской войны в Ираке]». Сунниты «никогда не мирились с потерей власти еще со времен имама Али, то почему бы смириться сейчас?» - спрашивает лавочник-шиит Гайдер. «Там, где сунниты дорываются до оружия, возникает «ИГИЛ», - говорит доброволец Башар. Многие шииты считают, что борьба против «Исламского государства» оправдывает недопущения суннитов к власти и аппарата государственной безопасности.

Дальнейшее существование государства, которую хотела построить «ИГИЛ», видится все менее вероятным, и это хорошо. Однако разоренные территории, на которых должен стоять халифат, могут пострадать даже больше, чем в начале.


...
  1. Последние новости
  2. Популярные новости

Популярные новости сегодня

загрузка...
Шенгенская виза: категории и оформление рейтинги Украины
Реклама

Это интересно...

Соглашение об ассоциации

Мероприятия в ЕС

О нас

Метки