Союзники США пытаются организовать сотрудничество без Америки

Америка отступает с позиций глобального лидерства, поэтому коалиции единомышленников пытаются ограничить убытки, пишет издание The Economist.

Последние четыре года должностные лица группы ведущих демократических государств, которые называют себя «демократической десяткой», или же Д-10 (на английском D10, democracies 10), тихонько встречаются раз или два в год, чтобы обсудить пути согласования стратегии содействия либеральному мировому устройству. Стратеги из министерств иностранных дел и несколько представителей аналитических центров хотели бы обсуждать реакцию на действия России, Китая, Северной Кореи или Ирана, но преимущественно не на публику, чтобы не давать повода для слухов о заговоре «старого Запада».

По замыслу, предполагалось усилить сотрудничество среди небольшой группы стратегических единомышленников — сильных государств». Именно так сформулировал это бывший сотрудник отдела планирования политики Государственного департамента политолог Эш Джейн в рабочем документе 2013 года.

Но на предстоящей встрече в сентябре в Сеуле страны Д-10 (США, Великобритания, Франция, Германия, Италия, Канада, Япония, Австралия и Южная Корея плюс ЕС) будут иметь новый пункт в повестке дня — глобальная роль Америки. Если когда-то главная угроза основанному на правилах порядка поступала извне, из-за границ ведущих демократических государств, то сейчас кое-кто опасается, что она исходит изнутри.

Начатая Дональдом Трампом торговая война, его нападки на политику союзников в НАТО и отказ от выполнения международных соглашений, таких как Парижская климатическая сделка и ядерный договор с Ираном, даже подтолкнули некоторых ближайших партнеров Америки к выводу, что он хочет уничтожить возглавляемый США мировой порядок, сложившийся после Второй мировой войны. Сам Трамп назвал ЕС недругом в торговле. Дональд Туск, председатель Европейского Совета, прямо сказал об трансатлантические отношения: «С такими друзьями и врагов не нужно».

Возможно, это уже преувеличение. Защитники стратегии Трампа утверждают, что он не хочет похоронить основанный на правилах строй, а вдохнуть в него вторую жизнь, ставя под сомнение роль институтов, которые теперь уже неэффективны. Как доказательство они предлагают «перемирие», объявленное 25 июля в торговой войне с Европой. Другие предполагают, что при новом хозяине Белого дома все может вернуться в привычное русло.

Но рассчитывать, что трампизм пройдет сам собой, было бы рискованно. Противоречивое отношение Америки к мультилатерализму не новое. Например, в первый же год своего президентства Джордж Буш-младший вывел США из полдесятка международных соглашений, в частности Договора об ограничении систем противоракетной обороны и Киотского протокола относительно изменений климата.

В мире далее распространяется мнение, что эта смена надолго. Лишь 9% немцев считают, что Америка президентства Трампа — надежный партнер для безопасности Европы, по данным последнего опроса немецких социологов с ZDF-Politbarometer. В Австралии ежегодное исследование, которое проводит аналитический центр Институт Lowy, показывает снижение на 28 пунктов с 2011 года доли тех, кто считает Америку способной действовать ответственно. Исторически рекордный минимум (55%) респондентов доверяет США, и их количество лишь немного больше, чем тех, кто доверяет Китаю (52%). «Тот строй, который мы знали последние 70 лет, закончился, — считает Аллан Хинджелл, бывший руководитель основной разведывательной службы Австралии, Национального аналитического управления. — Он не меняется. Его уже нет».

«Формат Д-10 приобретает еще большее значение в наши дни, когда нет никакой уверенности относительно глобальной роли США», — считает Джейн, который руководит инициативе Д-10 при американской неправительственной организации Атлантический совет в партнерстве с аналогичной канадской организацией под названием Центр инноваций в международном регулировании. Либеральный строй, за который они выступают, всегда был расплывчатым понятием. Сегодня же, когда ему угрожает опасность, назрела необходимость сплотиться — и для того, чтобы дать ему определение, и чтобы его защитить.

Группа Д-10 — часть более широкой тенденции усиливать попытки сплочения единомышленников с этой целью. Трамповский подход «america first» побуждает политиков от Канберры до Оттавы искать союзников и коалиции, которые помогли бы ограничить ущерб от его действий, а возможно, впоследствии еще и заполнить пробоины, которые останутся после отказа Америки от своей глобальной роли.

В общих чертах эти попытки сплотить единомышленников можно разделить на четыре разновидности. Первый — обращение к американцам вне Администрацией Трампа. Дипломаты в Вашингтоне считают, что защитникам либерального устройства следует обеспечить себе поддержку в Конгрессе и ездить в другие штаты страны с разъяснениями, почему система, которую сейчас разрушает Трамп, была полезной для Америки. «Европейцам нужно неустанно работать с Конгрессом, с губернаторами, с американской бизнес-сообществом и с гражданским обществом», — написал 22 июля в The New York Times Вольфганг Ишингер, бывший посол Германии и председатель ежегодной Мюнхенской конференции по вопросам безопасности.

Наиболее энергично внедряет эту стратегию Канада. Ее министры, мэры и дипломаты наращивают согласованные усилия на государственном и местном уровнях, чтобы привлечь внимание к тем отраслям и рабочим местам в американской экономике, которые зависят от торговли с Канадой. Это не помешало Трампу ввести высокие тарифы на металл для Канады и назвать ее премьер-министра Джастина Трюдо нечестным и слабым после организованного канадцами саммита Большой семерки. Гладкая дипломатия Канады, результатом которой стал целый ряд делегаций к Белому дому, возможно, даже завела Трампа. Канадцам остается надеяться, что со временем эта политика влияния снизу вверх даст свои результаты.

Но полагаться в Америке на общенародную поддержку ее глобальной роли могут разве что неисправимые оптимисты. Поэтому испытывается и второй подход к объединению единомышленников. Такой себе Давос для бывших вершителей судеб, эта миссия привлекает толпы грандов мировой политики: экс-президенты, бывшие премьер-министры и дипломаты в отставке используют свой авторитет для спасения того мира, которым они некогда правили.

Процесс Д-10 породил новое и более широкое движение под названием «Инициатива демократического устройства» (Democratic Order Initiative), который стремится привлечь общественность к поддержке, основанной на правилах международной системы. Инициатива, официально начатая Атлантическим советом 23 июня в Берлине при поддержке Мадлен Олбрайт (бывшего руководителя Государственного департамента США), Стивена Гедли (бывшего советника по национальной безопасности США), Карла Бильдта (бывшего премьер-министра и министра иностранных дел Швеции) и Йорико Кавагучи (бывшего министра иностранных дел Японии), имеет целью сформулировать основные принципы основанного на правилах устройства и мобилизовать на их поддержку общественность и власть.

Борьба за демократию в мире

В том же самом ключе в прошлом году был учрежден Фонд «Альянс демократических государств» (Alliance of Democracies Foundation) для усиления демократий мира. Задуманный бывшим премьер-министром Дании и генеральным секретарем НАТО Андерсом Фогом Расмуссеном фонд провел свой первый «демократический саммит» в июне, планируются ежегодные зимние съезды в Колорадо, а также летние в Копенгагене. По словам Расмуссена, в условиях нехватки четкого идеологического лидерства со стороны Белого дома остальному свободному миру нужно выступить на защиту демократии.

Первой инициативой глобальной кампании за демократию» фонда стала Трансатлантическая комиссия честных выборов (Transatlantic Election Commission on Integrity), которая должна усилить защиту от внешнего вмешательства. Ее сопредседателями являются Расмуссен и Майкл Чертоф, бывший министр внутренней безопасности США. Среди остальных 13 членов Комиссии есть и Джо Байден, бывший американский вице-президент. Их ждет неотложная работа. Расмуссен подчеркивает, что до следующих президентских выборов в США в ноябре 2020 года в странах ЕС и НАТО будет проведено два десятка выборов.

Что характерно, именно французский президент Эмманюэль Макрон со своим «юпитерианским» стилем правления имеет самый честолюбивый проект. Его Парижский мирный форум, который состоится 11-13 ноября, задуман как ежегодная встреча членов правительств и групп гражданского общества для обсуждения мировых проблем. Идея мероприятия — показать, что и среди государств, и в гражданском обществе еще есть силы, готовые к коллективному действию, а не только популизм и межгосударственная напряженность.

Макрон хочет увидеть идеи от самых разных организаций, в частности, правительства, бизнес-ассоциаций, неправительственных организаций, профсоюзов, религиозных групп и аналитических центров. Моделью для него стала 21-я Конференция сторон — саммит 2015-го, на котором было принято Парижское соглашение об изменении климата. Трамп решил вывести США из этого договора, что само собой стало примером третьего вида мероприятий для сплочения единомышленников: сохранение жизнеспособности международных соглашений и без участия Америки.

Ни одна другая страна не пошла вслед за Соединенными Штатами и не вышла из Парижского соглашения. Все остальные 194 подписантов придерживаются договоренностей и надеются, что Америка когда-то к ним вернется. В последнее время власти штатов, администрации городов и предприятия во многих случаях обязались уменьшить выбросы углерода, как того требует Париж.

Попытки Европы сохранить ядерное соглашение с Ираном без США показали, что сделать это будет сложнее. Администрация Трампа хочет максимизировать экономическое давление на иранский режим и угрожает санкциями международным компаниям, которые ведут бизнес с этой страной. Не имея стимулов, как более тесных деловых связей для поддержания своей падшей экономики, Иран может принять решение отказаться от ограничений ядерной программы, которые лежат в основе этой сделки.

Впрочем, Транстихоокеанское партнерство 12 стран — торговая сделка с целью установить правила свободного рынка в этом регионе раньше, чем все задушит влияние Китая, — превзошло все ожидания. Оно решило превратиться в группу из 11 государств после того, как Америка — крупнейший партнер — вышла из него после избрания президентом Трампа. Документ был подписан в марте в Чили со сменой названия на Всеохватывающее и прогрессивное соглашение для транстихоокеанського партнерства (ТТП), и оно должно вступить в силу в конце этого года, как только его ратифицируют по крайней мере шесть стран. Аналогично кое-кто надеется, что если отвращение Трампа в многосторонних торговых систем заставит США выйти еще и из ВТО, этот всемирный орган тоже сможет дальше существовать и без нее.

Группы для группировок

Япония и Австралия возглавили усилия по спасению ТТП. Обе страны также принимают активное участие и в четвертой разновидности группирования по интересам: формировании новых коалиций между странами-единомышленниками ради общих интересов — от торговли до обороны. 17 июля Япония подписала Соглашение о свободной торговле с Европейским Союзом, сняв большинство тарифов и создав крупнейшую в мире открытую экономическую зону, охватывающую свыше 600 млн человек и почти треть мирового ВВП. Переговоры ускорились в ответ на торговые угрозы Америки. Премьер-министр Японии Синдзо Абэ сказал на церемонии подписания в Токио, что эта сделка демонстрирует миру несгибаемую политическую волю Японии и ЕС вести за собой мир и выступать поборниками свободной торговли во времена распространения протекционизма.

Австралия исторически рассчитывает на гарантии региональной безопасности от культурно ближнего зарубежного союзника: сначала Британии, потом США. Рост роли Китая и сосредоточенность Соединенных Штатов на собственных внутренних вопросах заставляют задуматься. В опубликованном в ноябре очерке «Без Америки: Австралия в новой Азии» («Without America: Australia in the new Asia») Гью Уайт, профессор стратегических исследований Австралийского национального университета (АНУ), прогнозирует не очень отдаленное будущее, в котором КНР доминирует в Азии. Но как реагировать? «Мы можем только надеяться, — рассуждает еще один профессор АНУ Майкл Уэсли в журнале Australian Foreign Affairs, — не на какую-то большую коалицию для противовеса Китаю, а на то, что каждый из больших соседей Поднебесной будет защищать свои интересы в случае угрозы». Поскольку нет большой коалиции, определенную роль в противодействии Китая могут играть меньше.

В январе, во время визита премьер-министра Австралии Малкольма Тернбулла в Японии, обе страны выразили намерение углублять и расширять сотрудничество в сфере безопасности. Готовится соглашение о взаимном доступе, что даст возможность проводить совместные военные учения. В июле Австралия, Япония и Индия провели трехсторонние переговоры на высоком уровне в Нью-Дели, что увеличивает вероятность совместных военно-морских учений. Еще одно трио с участием Австралии включает Францию и Индию. В мае во время выступления на военно-морской базе в Сиднее Макрон призвал создать ось Париж — Дели — Канберра как постоянную региональную структуру, через которую Франция, Индия и Австралия будут определять общую стратегию для Индо-Тихоокеанского региона. «Если мы хотим, чтобы Китай видел и уважал в нашем лице равного партнера, — сказал он, — мы должны организоваться». Президент Франции планирует регулярные трехсторонние встречи министров обороны и иностранных дел.

В Европе Макрон также пытается собрать единомышленников для обсуждения проблем обороны. Его «Европейскую интервенционную инициативу» (сокращенно ЕІ2) в июне подписали девять стран, в частности Великобритания и Германия. Документ задумано для улучшения стратегического сотрудничества с тем, чтобы коалиции заинтересованных европейских государств были готовы совместно действовать в кризисных ситуациях, если придется, то и без Америки.

Такие коалиции вызывают немало вопросов. Одно из них: насколько они эффективны? Инновации вроде ЕІ2, возможно, и хорошие, но есть большой разрыв между стратегическим диалогом и коалициями в военно-операционном смысле. Для этого, замечает профессор Женевского центра политики безопасности Франсуа Хейсбург, нужны интероперабельность и быстрота реакции: «Не можно просто импровизировать — нужно, чтобы это наращивалось».

Имеет ли значение размер?

Еще одно предостережение касается масштаба этих групп. Действительно ли они большие? Даже если другие страны, например, объединятся, им все равно будет трудно равняться с авторитетностью Китая в Азии. А реальной замены тотальному влиянию и силе Америки нет. Эта страна тратит на оборону больше, чем следующие за размером семь государств вместе, производит 23% мирового ВВП (измеренного по рыночным обменным курсам) и имеет самую крепкую валюту в мире. И все же Расмуссен убежден, что совместными усилиями можно чего-то достичь и при президентстве Трампа. «Группа богатых демократических стран среднего размера может объединить силы и защитить мировой порядок, основанный на правилах».

Насколько единомышленниками должны быть страны, чтобы сотрудничать? Канада и 16 латиноамериканских стран создали «лимскую группу» для поддержки восстановления демократии в Венесуэле. Они не допустили признание в регионе выборов в Конституционную ассамблею Венесуэлы в прошлом году и сфальсифицированных президентских выборов в мае. Однако сегодня кое-кто уже сомневается, останется среди единомышленников Мексика после того, как президентом в декабре станет Андрес Мануэль Лопес Обрадор, а Бразилия — после выборов в октябре.

Даже в Европе, несмотря на десятки лет работы над все более тесным союзом, становится куда труднее разобраться, кто же там настоящие единомышленники, потому что всё больше влияния получают популисты. Например, в Италии «Движение 5 звезд» — ныне крупнейшая партия в коалиционном правительстве — пригрозила заблокировать соглашение ЕС о свободной торговле с Канадой. «Перед тем, как думать о защите либерального уклада в мире, нужно решить проблему с его защитой в ЕС», — считает директор Аспенского института в Италии Марта Дассу.

В некоторых случаях настойчивость может быть не менее важной, чем единодушие. Многое зависит от того, какую цель имеют совместные усилия. Дональд Рамсфелд, будучи министром обороны США во время вторжения в Афганистан в 2001 году, сказал, что коалицию определяет миссия.

Иногда достаточно лишь частично быть единомышленниками для обеспечения общих интересов. Например, Китай хочет работать с Европейским Союзом в направлении защиты мирового торгового строя, который им обоим на пользу. На июльском саммите с ЕС в Пекине председатель КНР Си Цзиньпин сказал, что нужно вместе защищать мультилатерализм и основанную на правилах систему свободной торговли. Обе стороны опубликовали совместное коммюнике в поддержку этой системы, чего не делали на двух предыдущих саммитах. Европу устраивает такой флирт с Китаем, чтобы показать США, что не стоит ее воспринимать как нечто должное.

Однако без общих ценностей сотрудничество, вероятно, будет ограниченным. Европейцев гораздо больше беспокоят авторитарные методы Си Цзиньпина, чем тенденции Трампа, а еще они разделяют предостережения президента США относительно меркантилизма самого Китая. «Для Европы соблазн привлечь Китай к кругу своих единомышленников очень опасна», — предупреждает Дассу.

КНР доказывает, что не до всех инициатив входят поборники либерального устройства. Она стала институциональным предпринимателем и пытается изменить мир под свои интересы. Китай учредил органы вроде Азиатского банка инфраструктурных инвестиций, форумы «16+1» для 16 стран Центральной и Восточной Европы плюс КНР и крупнейшую в мире региональную группировку (общей численностью населения стран-участниц) — Шанхайскую организацию сотрудничества (которая объединила Китай, Индию, Казахстан, Кыргызстан, Пакистан, Россию, Таджикистан и Узбекистан). А флагманский проект Си Цзиньпина — инициатива «Один пояс — один путь», масштабный план по строительству инфраструктурных объектов вдоль торговых маршрутов Китая.

Если Америка отступит, стоит ожидать еще более энергичного внедрения Китаем таких сетей. «Мир движется к многополярности», — заявил Си Цзиньпин на недавнем саммите стран БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай и Южно-Африканская Республика) в Йоханнесбурге. Он апеллировал к общей заинтересованности этой группы в эволюции глобальной системы управления и отстаивал развитие молодых рынков. «Мы, страны БРИКС, должны [...] играть конструктивную роль в развитии нового типа международных отношений», — сказал он.

В следующие несколько лет возможен бум того, что можно было бы назвать индустрией единомышленников. В короткой перспективе это вряд ли будет сильно давить на эгоистическое мировоззрение Трампа, не говоря уже об изменении его курса «Америка прежде всего». Многосторонние инициативы других стран он просто не сочтет достойными своего внимания. Но может противодействовать тем, кому удастся напрямую помешать его намерениям. Самым очевидным поводом для конфликта может стать Иран, если другие стороны ядерной сделки смогут сохранить договор, несмотря на попытки президента США прекратить его действие.

Как и стартапам в мире бизнеса, многим новым коалициям единомышленников грозит крах. Но некоторые смогут стать успешными. Хинджелл прогнозирует, что нынешний радиальный строй уступит модели силовой сети, где «сетки и соединения будут все важнее». Этот бурный предпринимательский период в мировой политике может помочь спасти существующий мировой уклад или начать создавать новый.


...
  1. Последние новости
  2. Популярные новости

Популярные новости сегодня

Шенгенская виза: категории и оформление рейтинги Украины
Реклама

Это интересно...

Соглашение об ассоциации

Мероприятия в ЕС

О нас

Метки