Новые энергетические супердержавы

Чистые технологии меняют геополитику энергетических ресурсов в мире, так кто же победит, а кто проиграет в зеленой революции, спрашивает издание The Economist.

Чтобы попасть в городок Тафт (на север от Лос-Анжелеса), надо два часа проехать «Нефтяной автомагистралью», миля за милей минуя билборды с рекламой Иисуса. Божий край — это также и нефтяной край. Заросшие полынью холмы вокруг города натыканы тысячами стальных нефтяных насосов, которые высасывают из-под земли черное золото. Они похожи на стаю динозавров. Некоторые в Калифорнии называет так и нефтяную промышленность.

Нефть под Тафтом добывают не методом гидравлического разрыва, или фрекинга, как это делают в Техасе и Северной Дакоте. Здесь она такая тяжелая, что ее нужно выпаривать из почвы, как говорят местные. Но округ Керн, на западе которого и лежит Тафт, добывает 144 млн баррелей углеводородов в год и занимает второе место среди всех округов США. Фред Холмс, нефтяник в третьем поколении и хранитель местного Музея нефти, гордится этим наследием, и пусть себе те, кто ездит на электрических Tesla, называют ее позорным пятном «золотого штата». «Нефть — возобновляемый вид энергии. Просто этот цикл у нее дольше», — шутит он. В ее честь Фред построил в музее гигантскую деревянную нефтяную вышку.

Во времена расцвета нефтяной промышленности черное золото на юге Калифорнии высоко ценили. Нефтяной фонтан Лэйквью, который разлился на окраине Тафта в 1910-м, стал такой же эмблемой нефтяного бума, как и золотая лихорадка на Севере. Этот город также сыграл главную роль в начале энергетической геополитики. В уже упомянутый год, американский военно-морской флот из-за нежелания зависеть от смутных поставок угля заказал строительство первого эсминца с нефтяным двигателем. Еще через два года президент Уильям Тафт создал в горах Элк-Хиллс неподалеку от городка первое нефтехранилище для флота, чтобы обеспечить запасы нефти на случай международного кризиса. Оно очень пригодилось во время Второй мировой войны, когда ее добыча резко возросла. Президент дал городу, которое раньше называлось Морон (англ. moron — недоумок. — Ред.), благозвучнее имя.

С тех пор геополитика энергетических ресурсов, которую обычно характеризуют как влияние энергетических потоков на власть и авторитетность государств, преимущественно определялась потребностями мира в нефти. Попытки удовлетворить этот запрос, гарантировать ее поставки и не дать врагам захватить запасы, а по возможности стать монополистом, играли большую роль в истории на протяжении ХХ века.

Поскольку нефть и газ — исчерпаемые ресурсы и встречаются не везде, их часто распределяли по нормам, что было выгодно олигополистическим группам производителей. Страны-потребители давно почувствовали, что нехватка черного золота делает их уязвимыми. Вот почему после арабского нефтяного эмбарго 1973-го каждый американский президент считает зависимость своей страны от импортной нефти слабым местом. Шаги вроде доктрины Картера, провозглашенной тогдашним президентом в 1980 году, которая утверждала право Соединенных Штатов использовать военную силу для защиты своих стратегических интересов на Ближнем Востоке, имели целью обеспечить стабильные поставки нефти.

Понятию «дефицит» наступает конец благодаря трем великим событиям. Первая — американская сланцевая революция, которая превратила эту страну в крупнейшего в мире добытчика нефти и газа. После десятилетий спада с 1970-х Америка сейчас добывает больше нефти за свою историю: в прошлом году в ноябре — на уровне 10 млн баррелей в день. Это уменьшает зависимость страны от импорта этого ресурса и помогает избавиться от давнего маниакального страха такой зависимости. Поэтому США уже, возможно, не придется любой ценой защищать транспортные маршруты с Ближнего Востока. А еще они обеспечили мировые рынки большими объемами нефти и газа, что пошло на пользу потребителям энергии в разных странах.

Вторая большая перемена происходит в Китае, который пытается перейти от энергоемкой экономики к такой, которая больше ориентирована на услуги. Не вредя ее росту экономики, за последние несколько лет эта страна сделала поразительные успехи на пути к уменьшению внутреннего спроса на уголь и нефть, замедлила рост потребления электроэнергии, шире использует газ и возобновляемые источники энергии, а также остановила рост выбросов двуокиси углерода. Поднебесная по-прежнему остается крупнейшим в мире импортером ископаемого топлива, но проблемы с загрязнением воздуха и опасения чрезмерной зависимости от импорта нефти заставляют власти активнее развивать ветровую и солнечную энергетику. Китай имеет также самые смелые в мире планы развития электрического транспорта. Субсидии и определенная авторитарность в энергетике сыграли большую роль. Но в стране происходит собственный энергетический переход, который так же важен, как и в Америке.

Эти два события способствуют третьей, ориентированной на отдаленную перспективу тенденции: потребности создать низкоуглеродистую энергетическую систему для противодействия изменению климата. Парижское соглашение 2015 года хотя и стало вехой на этом пути, но от нее еще очень и очень далеко до того, чтобы остановить глобальное потепление. Придется вложить триллионы долларов в ветровую и солнечную энергию, батареи, электрические сети и целый ряд экспериментальных источников чистой энергии.

Этот так называемый энергетический переход дал начало глобальной гонке за овладение эффективными технологиями, а также вызвал тревогу по поводу доступа к редкоземельным металлам и критически важным минеральным ресурсам, нужных для производства необходимого оборудования. По словам Френсиса О'Салливена, директора по научно-исследовательской работе в MIT Energy Initiative — подразделении Массачусетского технологического института: «Мы переходим от мира, где стоимость энергии кроется в ресурсе, к миру, где ресурсом является технология».

Демократизация энергии

Энергетический переход можно рассмотреть с позиции США, ЕС и Китая, а также таких нефтегазовых государств, как Россия и Саудовская Аравия. Америка рискует потерять лидерство, добытое на старте благодаря использованию природного газа и источников возобновляемой энергии с целью уменьшения выбросов, внедрению чистых технологий и содействию (одной из первых) выполнению решений Парижской соглашения. Китай догоняет ее быстрыми темпами. Под самой очевидной угрозой оказались Саудовская Аравия и Россия.

Последние несколько лет, за которые выросла энергетическая независимость Америки, а Китай начал ограничивать собственное потребление энергоресурсов, показали внешнеполитические последствия нового энергетического порядка. Кое-кто считает это неожиданным подарком судьбы для США. Именно так назвала свою последнюю книгу исследователь из Гарвардского университета Меган О'Салливен («Windfall»). По ее мнению, сланцевая революция помогла отсрочить мрачные прогнозы упадка США, облегчила наложение санкций на противников, способствовала созданию глобального газового рынка для ослабления российской газовой удавки на шее Украины и уменьшила напряженность по поводу аппетита Китая к природным ресурсам. Она называет ее «благом для американской силы и головной болью для российского медведя».

Возможно, такой оптимизм не всегда обоснован. Россия и картель стран ОПЕК на удивление успешно умеют уменьшать добычу, чтобы бороться с перенасыщением рынка сланцевыми углеводородами. А еще они развернулись к Китаю, который вливает деньги в их энергетические инфраструктуры. Самое важное: американские сланцы угрожают сделать зависимость глобальной экономики от нефти только глубже, что может иметь пагубные последствия для климата. Если Америка слишком сосредоточена на добыче ископаемого топлива, то может забыть о необходимости развивать более чистые виды энергетики на будущее.

Геополитические последствия более широкого энергетического перехода будут еще более сложными. В январе начала работу глобальная комиссия по изучению геополитики чистой энергии (под эгидой Международного агентства по возобновляемой энергии со штаб-квартирой в Абу-Даби), и появились надежды на то, что такое событие сделает мир «спокойнее, стабильнее и скучнее». Борцы за чистую энергию считают, что скучный мир — это хорошо. В отличие от углеводородов возобновляемые источники энергии доступны почти везде. Совместные усилия ради того, чтобы остановить глобальное потепление, могут привести к разработке открытого программного обеспечения и обмена технологиями. Когда производство электроэнергии рассредотачивается (примеры можем увидеть в Германии, Китае и Калифорнии), регионы могут стать самодостаточными в энергетическом смысле. Этот процесс назвали «энергетической демократизацией». В Африке и в другом месте увеличение доступа к энергии через мини-сети и крышные солнечные панели может уменьшить ее дефицит, несмотря на резкий рост населения мира.

Профессор Антверпенского университета Давид Крикеманс отмечает, что со времен промышленной революции энергетические переходы — сначала до каменного угля, а позднее нефти — меняют мир. Последний может иметь особенно ощутимые последствия. «[Национальное] государство и централизованное энергоснабжение неразрывно связаны. Они не могут друг без друга», — пишет Крикеманс. По его мнению, децентрализация энергоснабжения усилит позиции регионов относительно центральной власти. По мнению энтузиастов энергетического перехода, он замечателен тем, что даст общинам «суперполномочия» самим распоряжаться собственной энергией, а не превращать определенные страны на энергетические супердержавы.

Однако этот переход имеет достаточно потенциала для того, чтобы вызвать и геополитическое напряжение. Самый очевидный пример — те проблемы, которые он создаст для зависимых от углеводородов экономик. В новой книге «Геополитика возобновляемых источников энергии» («The Geopolitics of Renewables») под редакцией Даниэла Схолтена, доцента Дельфтского университета в Нидерландах, утверждается, что больше всего проигрывают те, кого природа щедро одарила запасами ископаемого топлива, и те, кто слишком долго делает ставку на нефть вместо того, чтобы реформировать экономику. Авторы также отмечают, что если в традиционной энергетической системе основным сдерживающим фактором является дефицит ресурса, то при большем выборе возобновляемых источников энергии им становится изменчивость. Это можно уменьшить благодаря трансграничной торговле, но и она может вызвать споры.

С увеличением доли электроэнергии в структуре экономики, когда «суперэлектросети» будут обрабатывать дополнительный спрос на энергию, которая возникнет через урбанизацию, появление электрического транспорта и невероятное количество данных, риски могут неизмеримо возрасти. В политике такой рычаг, как нефте - и газопроводы, заменят электрические сети. Например, украинские протестующие в 2015 году ответили на аннексию Россией Крыма, отрезав полуостров от электроснабжения. Пристальное внимание привлекают и китайские инвестиции в электросети Европы и Австралии из соображений национальной безопасности. Но, чем больший уровень электрификации экономики, тем выше угроза кибератак.

Новый мощный инструмент

Похоже, что геополитика энергетических ресурсов перерастет в соревнование между странами за то, кто из них сможет выработать больше энергии и будет иметь лучшие технологии. Еврокомиссар по вопросам климата и энергетики Мигель Ариас Каньете объясняет: «Мы приняли необратимый курс на возобновляемую энергию. Те, кто не воспринимает переход к чистой энергетике, в будущем проиграют».

ЕС поставил себе четкую цель: декарбонизировать всю энергетику до 2050-го. И Европа уже имеет надлежащие рыночные структуры для этого, что дает ей сильные позиции. Китай также решительно направляется к чистой энергетике и может похвастаться несколькими незаурядными предпринимателями, которые развивают соответствующие технологии. Что же до Америки, то именно она изобрела значительную часть известных ныне в мире чистых энергетических технологий. А сланцевая революция открыла огромные потенциальные ресурсы для поставки природного газа, который может обеспечить намного более чистое производство электроэнергии, чем каменный уголь, и станет мостиком к низкоуглеводному будущему. Но в стране возникла угроза распыления внимания. США поделены между фундаменталистами, которые выступают за ископаемое топливо (преимущественно республиканцами), и энтузиастами чистой энергетики (в основном демократами). И они никак не могут прийти к согласию относительно оптимального пути вперед ни для экономики, ни для климата.


...
  1. Последние новости
  2. Популярные новости

Популярные новости сегодня

Шенгенская виза: категории и оформление рейтинги Украины
Реклама

Это интересно...

Соглашение об ассоциации

Мероприятия в ЕС

О нас

Метки