Аль-Каида вербует европейцев

afghanistan-us-troopsБыло жаркое душное утро 9 ноября 2005 года. Американский военный конвой как обычно на большой скорости и в полной боевой готовности проезжал через центр Бакубы – иракского города, бывшего одним из оплотов суннитского движения сопротивления против оккупации США.

Когда уже стало казаться, что на этот раз обошлось без нападения иракских партизан, солдаты с удивлением заметили стоящую на обочине улицы женщину. Одетая на западный манер в джинсы и майку длинноволосая блондинка с туристическим рюкзаком на плечах дружелюбно махала подъезжающим американцам рукой. А те, ожидая встретить в этом месте, скорее самого бин Ладена, от удивления автоматически сбросили скорость и высунули головы из окон своих бронированных Humvee, а кто-то даже помахал женщине в ответ.

Когда первая машина колонны уже приближалась к загадочной фигуре, ту внезапно разорвало пламя сильного взрыва. Лишь по счастливой случайности, из-за того, что смертница детонировала бомбу на долю секунды раньше времени, в результате теракта никто кроме нее не погиб, а повреждения получили только шестеро солдат.

Позднее выяснилось, что террористка была урожденной бельгийкой по имени Мюриэль Дегок (Muriel Degauque), которая приняла ислам вскоре после того, как вышла замуж за натурализованного в Бельгии марокканца и поддалась религиозной радикализации. Следование крайне радикальной версии ислама привело ее на путь священной войны против «неверных», где она в итоге нашла свою смерть. Дегок вошла в историю как первая этническая «белая» европейка, ставшая террористкой-смертницей во имя радикального ислама. Сейчас, спустя семь лет после тех событий, число коренных европеек, которые хотели бы пойти по следам Мюриэль, выросло уже до десятков…

***

Субботний вечер 11 декабря 2010 года в районе перекрестка шикарных торговых улиц Дроттнинггатан и Улоф Пальме в центре Стокгольма предвещал оказаться особенно оживленным. Не удивительно – ведь было время предпраздничных покупок, а жители шведской столицы целыми семьями гуляли в центре, заглядывая в магазины, кафе и рестораны. Без нескольких минут пять благостное спокойствие субботнего вечера улетучилось безвозвратно: воздух сотряс звук взрыва.

Взорвалась одна из припаркованных машин, а хаос усилила взрывная волна, которая разбила витрины ближайших магазинов. Люди разбегались в панике во все стороны, калеча друг друга. Вдруг из остова пылающего автомобиля выполз мужчина. Таща за собой какие-то продолговатые свертки и выкрикивая что-то по-арабски, он побежал нетвердым шагом вниз по улице. Когда он преодолел несколько сотен метров, его фигура пропала в огне очередного взрыва.

И здесь благодаря только невероятному стечению обстоятельств не погиб никто кроме террориста, а ранено было всего два человека. Исполнителем теракта оказался некий Таймур Абдулвахаб Аль-Абдали, родившийся в Ираке гражданин Швеции, связанный с радикальными исламистскими кругами в Швеции и Великобритании. А теракт 11 декабря 2010 года войдет в историю как первая, хотя, к сожалению, наверняка не последняя, атака исламистов в Швеции.

Представленные истории – это лишь два случайных примера из тысяч более или менее масштабных атак исламистов, произошедших в мире за последнее десятилетие. Они были приведены как наиболее показательные для двух типов самых значительных угроз, стоящих сейчас перед западными демократическими странами, в первую очередь Европы.

С одной стороны, мы имеем дело со стремительно растущей проблемой религиозной и идеологической радикализации коренных европейцев (в меньшей степени американцев, канадцев или австралийцев), принявших ислам и особенно экспрессивно проявляющих свое рвение в новой вере вплоть до активного участия в джихаде. С другой стороны, мы, опять же в Европе, становимся свидетелями столь же быстро растущей радикализации эмигрантов-мусульман или их детей, зачастую выходцев из семей живущих на Старом континенте в течение нескольких поколений, которые внезапно начинают проявлять необычайную враждебность к Западу и ко всему, что связано с нашей цивилизацией.

Не будем вдаваться сейчас в подробности природы и причин зарождения этих явлений. Их источник, без всякого сомнения, кроется, в частности, в общем росте влияния и значения тех сил и кругов, которые пропагандируют радикальный вариант ислама, что можно обнаружить сейчас на Ближнем Востоке, в Северной Африке, Центральной и Южной Азии – т.е. на исторически связанных с исламом территориях. А увлечение коренных европейцев радикальными вариантами мусульманской религии – это уже эффект углубляющегося на Западе цивилизационного кризиса, где десятилетия секуляризации и общественно-идеологических экспериментов во имя «прогресса» создали духовный и моральный вакуум, который стал сейчас заполнять энергичный (и оттого привлекательный) ислам.

Подобная ситуация больше всего на руку лидерам глобального джихадистского движения, сосредоточенного вокруг Аль-Каиды. Несмотря на то, что в мае прошлого года был ликвидирован ее основатель и харизматичный лидер Усама бин Ладен, эта организация не только не распалась, но заметно укрепилась и реорганизовала свои структуры. Под управлением нового лидера Аймана аз-Завахири она, благодаря, в частности, присоединению нескольких «отделов» (Аль-Каида на Синайском полуострове, Аль-Каида Восточной Африки), даже расширила географическую область своего формального влияния.

Помимо этого благоприятное для исламистов развитие событий т.н. арабской весны позволило существующим структурам Аль-Каиды в Северной Африке и на Ближнем Востоке укрепить свои позиции и получить во многих странах (посредством контактов с легальными организациями, как «Братья-мусульмане» в Египте или «Ан-Нахда» в Тунисе) опосредованное влияние на их новые власти.

Один из основных элементов функционирования современной Аль-Каиды - это, инициированная еще самим бин Ладеном, идея пропаганды «джихада для всех», нацеленная в первую очередь на живущих в Европе и США молодых мусульман, исповедующих ислам иммигрантов и их детей, а также на новообращенных.

Используя новейшие завоевания техники и функционирующий на западе феномен информационного общества, Аль-Каида в режиме онлайн распространяет идеологию священной войны, свои стратегические цели и террористические ноу-хау. В среде живущих на Западе (как новообращенных, так и урожденных) радикальных мусульман произвел фурор ее англоязычный интернет-журнал под названием Inspire («Вдохновение»). В нем публикуются не только тщательно подобранные идеологические и религиозные материалы, но и (а, возможно, в первую очередь) цикл статей с советами в стиле «Как сделать бомбу на маминой кухне». На такого рода «публикации» можно было бы пренебрежительно махнуть рукой, если бы не факт, что печатающиеся в журнале советы действительно добираются до широкого круга читателей, бросают свое зерно в воображение многих неудовлетворенных жизнью молодых людей, вдохновляя их и предоставляя, как в случае стокгольмского террориста, конкретные инструкции, как сделать простые и эффективные орудия для теракта.

Именно этот элемент стратегии Аль-Каиды – продвижение, поддержка и развитие сегмента т.н. «home grown terrorists» («доморощенных террористов»), не связанных с «формальными» исламистскими структурами, - стали сейчас одной из самых серьезных проблем безопасности западных стран. Такие «одинокие ковбои» джихада, как Таймур Абдулвахаб Аль-Абдали и десятки ему подобных, представляют смертельную угрозу, т.к. они не попадают в поле зрения западных служб безопасности. И хотя их эффективность чаще всего невелика, они поддерживают пламя священной войны и добиваются основной цели всех террористов – сеют страх и панику в тех странах, где они совершают теракты, подрывают веру граждан в дееспособность государства и обращают внимание людей на цели и задачи исламистов.

Элементом новой стратегии Аль-Каиды, претворяемой в жизнь с 2002 года, стал также постепенный разворот в сторону заграничных приверженцев радикального ислама, в особенности новообращенных коренных европейцев. Существование «белых исламистов» дает движению глобального джихада немалые стратегические и оперативные выгоды. Привлечение к «священному делу» жителей западных стран увеличивает возможности исламистов в сфере пропаганды и идеологического влияния на западные общества.

Ислам в версии Аль-Каиды преподносится в этом контексте как нечто универсальное, естественное и доступное в т.ч. для народов, ассоциирующихся с иными основными мировыми религиями. Свое значение имеют здесь и целенаправленные отсылки Аль-Каиды к истории конфронтации ислама и христианства. Вербуя коренных европейцев, исламисты подчеркивают, что христианство ушло сейчас в глубокую оборону, а ислам одерживает очередные победы.

Граждане западных стран в рядах джихада – это еще и ощутимая польза как в реализации целей исламистов в отношении самого Запада (например, в проведении терактов в европейских странах или в США), так и везде, где «воины ислама» ведут сейчас войну с «неверными». Аль-Каида долго недооценивала этот последний аспект, но под влиянием событий в Ираке после 2003 года (где исламисты в течение нескольких лет пытались заложить основу исламского государства - халифата) ее позиция изменилась.

В ноябре 2004 года, когда американская морская пехота в тяжелых боях дом за домом отвоевывала Фаллуджу - бастион суннитских мятежников и экстремистов из Аль-Каиды в западном Ираке – в руинах города неоднократно находили останки людей, принадлежащих к «белой» расе. Тогда считалось, что это были похищенные граждане западных стран, с которыми жестоко расправились экстремисты. Однако сейчас большинство экспертов склоняется к мнению, что это могли быть западные адепты джихада, погибшие, воюя на стороне исламистов.

Вероятнее всего, именно тактические плюсы использования «белых исламистов» в непосредственной войне склонили Аль-Каиду прибегнуть к этому средству в Афганистане и Пакистане. Она поняла, какие преимущества может дать использование радикализованных мусульман, а особенно новообращенных, имеющих гражданство какой-нибудь западной страны. Поэтому им был открыт доступ к тренировочным лагерям, рассеянным по всей приграничной с Афганистаном области Пакистана (а также в Йемене и Сомали).

Сейчас этот механизм приобрел массовые масштабы: по разным оценкам, сейчас в одном только афгано-пакистанском регионе проходит подготовку и/или воюет с пакистанскими силами и войсками ISAF около 100 граждан ФРГ, более 80 французов, а кроме этого по десятку с лишним обладателей паспортов Великобритании, Испании, скандинавских стран и Бенилюкса. Эти люди находятся там, в основном, в рамках длящихся несколько месяцев курсов террористов и религиозно-идеологической подготовки в духе ваххабитской версии ислама. Часть из них, судя по всему, уже пустила там корни: два года назад пакистанские СМИ сообщали о том, что где-то в Северном Вазиристане существует целая деревня, населенная «немецкими талибами», в которой можно чаще услышать немецкий, чем арабский, пушту или урду.

Масштаб включенности «немецких исламистов» в действия в афгано-пакистанском регионе столь велик, что они создали уже отдельную структуру - "Бойцы Талибана Германии", входящую в состав Исламского движения Узбекистана, которое является одной из самых активных связанных с Аль-Каидой организаций в Европе. Немецкие добровольцы джихада активно воюют сейчас на стороне талибов в Афганистане. Своеобразный парадокс представляет ситуация, что регион их самой большой активности – это провинция Газни, где в рамках миссии ISAF пребывают польские военные.

Усилия, которые прикладывает Аль-Каида к вербовке, обучению и использованию западных исламистов будут становиться только интенсивнее. С точки зрения этой организации, бойцы такого толка дают уникальный и, в сущности, единственный шанс предпринять удачную попытку атаковать Запад на его собственной территории. Последней из ряда таких попыток была серия атак во Франции, где молодой радикальный исламист (алжирец, выросший в предместьях Тулузы) убил в своем родном городе семерых человек. По информации некоторых источников, он мог ранее обучаться в Пакистане или Афганистане, что вписывалось бы в некую общую, обрисованную выше, схему функционирования современного джихада.

Сам факт, что родившиеся и воспитывавшиеся в Европе радикальные мусульмане уезжают воевать с «неверными» в Азию или на Ближний Восток, - это не главная угроза. Принципиальная проблема в том, что большинство этих людей возвращается в итоге на родину, где они формируют хорошо обученный и отлично мотивированный идеологический форпост радикальных исламистских структур.

Число радикальных приверженцев ислама в Европе, вернувшихся с военно-идеологических сборов в афгано-пакистанском регионе, Сомали или Йемене, быстро увеличивается. Недавно к местам, где обучаются и воюют европейские бойцы джихада, стало можно добавить Ливию, а так же Сирию, где религиозные радикалы все заметнее берут верх над антиправительственными мятежниками. Возможностей уничтожить этот механизм пока не видно. И таким образом мы все чаще будем становиться свидетелями событий, подобных произошедшим в Тулузе или Стокгольме.

Томаш Отловский – независимый эксперт в области международных отношений и национальной безопасности; сотрудник фонда Amicus Europae и фонда им. Казимежа Пулаского.

Источник: Wirtualna Polska


...
  1. Последние новости
  2. Популярные новости

Популярные новости сегодня

загрузка...
Шенгенская виза: категории и оформление рейтинги Украины
Реклама

Это интересно...

Соглашение об ассоциации

Мероприятия в ЕС

О нас

Метки