Россия - страна третьего мира

Россия нищетаПутинская Россия представляет себя как страна третьего мира, считает профессор истории Йельского университета США Тимоти Снайдер. «Россия использует мир как ширму, за которой хочет скрыть себя и свои проблемы» – американский историк.

В США в основном осознают, что Россия вторглась в Украину. В то же время американцам не хватает четкого представления о войне на Донбассе. Об этом в интервью Радио Свобода заявил профессор истории Йельского университета США, автор книги «Кровавые земли: Европа между Гитлером и Сталиным» Тимоти Снайдер. По его мнению, своим конспирологическим подходом к оценке международных событий путинское государство похоже на страны третьего мира, в частности, африканские. Также эксперт считает, что идеологически Россия использует Украину как суррогат для собственного самоутверждения. Пренебрежением существования Украины Москва пытается подкрепить свои претензии на роль одного из глобальных центров мира. Тимоти Снайдер приезжал в Киев на конференцию «Ялтинская европейская стратегия» и Киевское биеннале.

– В Соединенных Штатах Америки в своем большинстве преобладает убеждение, что Россия вторглась в Украину. Тем не менее, у американцев на самом деле нет какого-то четкого представления о том, что здесь происходит. Некоторые представители левого крыла полагают, что Америка и НАТО каким-то образом инициировали конфликт. Кое-кто разделяет мнение, что конфликт в Украине – часть американской политики как таковой. Но это скорее маргинализированы представление.

Правое крыло местами симпатизирует России, потому что она якобы распространяет консервативные ценности. Но в целом американцы думают, что Россия вторглась в Украину. И проблема не в недостатке информации относительно конфликта, а в равнодушии. Вопрос Украины, понятно, не стоят на первом месте в списке приоритетов американцев. Но Америка – не та страна, по которой украинцы должны волноваться. Европейцы для вас гораздо важнее.

Читайте также: Три ошибки в отношении раздела Украины - The Jerusalem Post

В Европе некоторое время возникал вопрос, что это за страна и существует ли она. Оно, конечно, уже не является таким актуальным. Большинство людей знают, что такое Украина. Кроме того, существовало распространенное представление про разделенную на две части Украину – одна часть была желтой, а вторая – синей. Этот образ был очень мощным во время Майдана, но сейчас он ослаб. Люди все еще спрашивают о разделенной пополам Украине, но большинство понимает – если разделение существует, то оно точно не проходит ровно посреди карты, и имеет, скорее, локальный характер. Кроме того, у европейцев кое-где бытовало мнение, что революции в Украине не было, а то, что произошло – переворот правых сил, поддерживаемых Америкой. Это были сильнейшие ошибочные представления в Европе в отношении Украины, но сейчас они стали намного более слабыми, чем год назад.

– Как американцы реагируют на российские заявления о том, что Майдан был инспирирован США?

– Американцы, конечно, всерьез не воспринимают заявления, что они якобы инспирировали украинский конфликт. Ибо мы знаем, что Майдан и война застали нас врасплох, и как мало на самом деле мы сделали для того, чтобы поддержать тогда украинцев. Это даже не то, как российская пропаганда работает в Америке. Только крайние левые воспринимают это всерьез, потому что это соответствует их мировоззрению.

– Какие страны наиболее охотно подхватывают российские месседжи?

– В этом есть определенная ирония, в первую очередь для самих россиян, но я думаю, что сообщения, которые Россия распространяет в мире, находят отклик в таких странах, как Африка. Если посмотреть на международные исследования относительно того, какие страны считают Россию надежным союзником и восхищаются Путиным, можно увидеть, что это Африка и Азия кое-где. Российский месседж о том, что во всем виновата конспирология, выглядит как концепция страны «третьего мира». Таким образом, Россия представляет себя как страна третьего мира, и такие сообщения резонируют в странах Африки.

Что же касается таких стран, как Латвия или Эстония – на техническом уровне пропаганда там работает очень хорошо. Кроме того, там действительно много русскоязычных. Но эти люди на самом деле не очень убеждены российской пропагандой, потому что они не покидают ту же Латвию, чтобы жить зато в России, правильно?

Читайте также: Русские в Эстонии не стремятся вернуться в нищую Россию

– На лекции Вы говорили также о том, что национальности как таковой недостаточно, чтобы построить государство. Как Вы думаете, люди чувствуют в Украине себя европейцами? Или за войну с Россией люди максимально хотят показать, что они не русские?

– Я думаю, что украинцы переживают за Евросоюз больше, чем Евросоюз за Украину. Молодые украинцы уже воспринимают ЕС как должное, как возможность развиваться, учиться и работать в других странах, путешествовать. Они видят, как Европа может помочь им лично, а также как может помочь их государству. Украинцы, особенно молодые, в этом плане гораздо большие европейцы, чем сами европейцы.

– По Вашему мнению, переосмысление национальных символов и культуры возникло прежде всего из-за желания украинцев показать, что они не русские?

– Мне кажется, что Россия определенным образом «скормила» вам вопрос идентичности во время вторжения в Украину. Сделала важным ощущение себя украинцами, а не россиянами. Но по моему мнению, этот вопрос сейчас гораздо менее важный, чем был, например, два года назад. Украинская политическая идентичность действительно объединена. Вообще, вопрос идентичности – это то, что на самом деле хотели бы говорить россияне, снова и снова спрашивая вас о том, кто вы на самом деле. Но это не так важно, гораздо важнее то, что вы делаете. Идентичность – это определенного рода ловушка. Вы сами знаете, кто вы. Дискуссия об идентичности – это отвлечение от принятия сложных решений. Это меня немного беспокоит – вы можете в конечном итоге слишком много говорить о декоммунизации и об истории в то время, когда на самом деле нужно реформировать страну.

– А что скажете про российскую идентичность? Какова, по Вашему мнению, разница между украинским и русским патриотизмом?

– Кое-что нам действительно трудно понять на Западе, но это очень важно – и Россия, и Украина по своей сути являются новыми нациями. Они ищут своего самоопределения. Потому что Россия до сих пор никогда не была отдельным государством. Она была частью Советского Союза, а до того – Российской империей, которая была многонациональной, где большинство народа, особенно элита, не была россиянами. История независимой Украины и история независимой России – это две очень новые истории, которые формируются рядом друг с другом и, конечно, так или иначе влияют друг на друга.

Я думаю, Россия сейчас использует Украину в качестве сурогата. Таким образом она отвечает на вопрос, чем в действительности является сама Россия. Она говорит, что такого понятия, как Украина, нет. Но сказать, что кого-то не существует – недостаточно для того, чтобы говорить о том, кем я есть на самом деле.

Если я скажу, что такого понятия, как Канада, не существует, потому что канадцы, например, разговаривают на нашем языке? Это, конечно, провокационное заявление, но оно не дает ответа на то, кем на самом деле являются американцы. Поэтому, когда Россия говорит, что Украина – это миф, построенный Западом, она не отвечает на вопрос: «А кем и чем вообще является сама Россия?». Такое поведение – лишь притворство, что вы имеете ответ.

Российские СМИ фактически не говорят о внутренних проблемах самой России. Там речь идет о Западе с его проблемами, об украинском конфликте как части борьбы между США и Россией. Таким образом она делает себя более значимой. Она использует весь мир как ширму, за которой хочет скрыть себя и свои проблемы. А без дискуссии про тяжелые стороны внутренней жизни трудно построить лучшую российскую державу.

– Своим агрессивным поведением Россия влияет на консолидацию соседних стран для противостояния агрессору. Есть отношения между Польшей и Украиной примером такой консолидации, несмотря на сложные страницы истории между ними?

– На самом деле все не так просто. Люди должны быть более вдумчивыми по истории Украины и Польши. Потому что Россия всячески пытается раздувать исторические противоречия между этими двумя странами. Об этом свидетельствуют фейковые сюжеты на российском телевидении о польских националистах в Украине и украинских в Польше. Сюжеты о том, что «Правый сектор» незаконно пересек польскую границу. Они имеют целью возродить украинский национализм и наоборот – для этого они используют реальные исторические конфликты. Это пример старой советской политики. Надо всегда ответственно относиться к польско-украинским отношениям, в том числе в исторических аспектах, а не только реагировать на раздувание конфликта со стороны России.

Читайте также: Украина игнорирует помощь Польши в реформировании

Поляки вдумчиво относятся к историческому конфликту между Польшей и Украиной. Они, как правило, говорят: да, у нас был конфликт, но самое главное для нас сейчас – поддержать украинскую государственность.

Украинцы также должны относиться более вдумчиво о признании бесспорными героями воинов ОУН и УПА. Потому что это не вызывает восторга в Польше. Даже если они терпеливо к этому относятся и не проявляют своего недовольства на каждом шагу – украинцы должны знать, что этот факт резонирует в польском обществе.

– Польша и Украина в октябре восстановят Форум партнерства. Основные вопросы будут о статусе воинов ОУН и УПА в законе о декоммунизации. Как Вы думаете, диалог между этими двумя странам будет невозможен, если Украина откажется убирать эту норму из текста закона?

– Я думаю, что одной из проблем декомунизационного закона является то, что он указывает украинскому обществу – кто именно был самым полезным в развитии украинского государства. Но, как на меня, не должно быть утверждений, что воины ОУН и УПА сыграли в этом ведущую роль – это часть исторической дискуссии. Кто-то может утверждать, что ведущая роль в развитии украинской государственности была в политике советской украинизации или в Андрее Шептицком, или у диссидентов 60-70 лет.

Основная же идея в том, что вы имеете право не согласиться с тем, кому именно принадлежит эта ведущая роль. И все равно быть на стороне Украины – это право само по себе не ставит вас в оппозицию этой страны. Но беспокоит факт того, что правительство указывает, без кого эта страна была бы невозможной. Эти вопросы являются дискуссионными.

Законы о декоммунизации – это законы. Стоит помнить, что ОУН и УПА так же часть украинской истории, как и польской. Поэтому в момент, когда правительство вмешивается и занимает определенную позицию в историческом поле, это так же влияет и на международную политику.

Легитимизировать историю – это всегда риск. Это плохо как для внутренней, так и для внешней политики.

Метки:

...
  1. Последние новости
  2. Популярные новости

Популярные новости сегодня

загрузка...
Шенгенская виза: категории и оформление рейтинги Украины
Реклама

Это интересно...

Соглашение об ассоциации

Мероприятия в ЕС

О нас

Метки