Ближний восток после халифата ИГИЛ. Вызовы и угрозы для США

Какие угрозы стоят перед США на Ближнем Востоке после поражения ИГИЛ в Мосуле и Ракке, пишет аналитическое издание The Economist.

Это была затяжная война с многими страшными эпизодами. Но через три года после того, как Абу Бакр аль-Багдади в мечети Аль-Нури в Мосуле призвал всех мусульман присоединяться к его «халифату», «Исламское государство» потерпела два сокрушительных удара.

В Ираке джихадисты практически потеряли Мосул. В последнем своем тайнике — в кармане между улочками — они взорвали мечеть Аль-Нури. В Сирии ИГИЛ тоже живется не очень. Ополченцы, поддерживаемые американцами, пробились к старому городу Ракки. Вскоре сирийская твердыня ИГИЛ тоже упадет. Потеря крупнейших городов вдребезги разбивает миф джихадистского «государства». Без него ИГИЛ превращается в жестокую милитаризованное банду, которая вполне может перерасти в террористическую группу без четких очертаний и границ вроде «Аль-Каиды». Мир должен радоваться падению ИГИЛ: она совершала непередаваемые зверства, от массовых отрезаний голов до сексуального рабства, и увещевала джихадистов убивать невинных людей в Европе и в другом месте. Америка умело вела кампанию против нее, обучая тех, кто воевал против ИГИЛ, и предоставляя поддержку с воздуха, а наземные боевые действия позволяя вести местным союзникам.

Читайте также: Что будет после ИГИЛ в Ираке и Сирии

Но что придет после «халифата»? Никто не знает. И еще меньше знает Дональд Трамп. Он до сих пор не заполнил около 200 вакансий в структурах, отвечающих за иностранные дела и национальную безопасность. Процесс создания политики в его Администрации нефункциональный. Это не может не беспокоить. Когда Америка дрейфует, она сталкивается с двумя угрозами. Одна — это вакуум, который дает возможность джихадистам перегруппироваться, что они не раз делали в Ираке. Вторая — опасность втянуться в региональную войну и навредить ситуации еще больше.

Конфликт, борьба и война

Кровопролитие на Ближнем Востоке — это смесь многих конфликтов: бунта против репрессивной власти, которая не смогла завоевать легитимность или обеспечить процветание; борьбы между конкурирующими формами ислама; региональных споров между Саудовской Аравией, Ираном и Турцией; соперничества между США и Россией. В центре этого кровопролития чувство отчуждения в арабов-суннитов, наиболее гротескным проявлением которого стала ИГИЛ. Поэтому Америке нужна многомерная стратегия, в которой соединятся военные, политические и экономические средства, а еще учтется сложная геополитика, которая подпитывает хаос.

Признаков того, что Администрация Трампа придерживается такой логики, нет. Во время первой зарубежной поездки — в Саудовской Аравии — американского президента с почестями приняли арабские и мусульманские лидеры и одарили щедрыми контрактами на закупку военного оборудования. За это он, похоже, принял суннитское мировоззрение, таким образом приближая кризис между союзниками США в Персидском заливе. Осмелевшие от такого шага саудиты и емиратовцы (вкупе с египтянами и бахрейнцами) отрезали связи с Катаром по земле, морю и по воздуху. Они обвиняют богатое на газ королевство, в котором размещена самая крупная авиабаза США в регионе, в поддержке терроризма (это самое часто упрекают саудитам). Трамп подверг критике Катар в Twitter. Но государственный секретарь США Рекс Тиллерсон зато осудил блокаторов Катара. Министр обороны Джеймс Маттис подписал контракт о продаже Катару истребителей F-15, а еще отправил для остановки в Дохе два военных корабля. Несмотря на такую нескоординированность, любая стратегия, если бы она и существовала, обречена на провал.

Трамп, похоже, ставит перед собой три размытые цели: уничтожить ИГИЛ, сдержать рост мощи Ирана и уменьшить привлечение США на Ближнем Востоке. Они не совместимы между собой, ведь для того, чтобы предотвратить возрождение ИГИЛ и сдержать Иран, который через своих марионеток и собственные силы, рассыпанные регионом, и дальше распространяет влияние, нужна дипломатическая и военная присутствие Америки.

ИГИЛ и политика США

Начнем с ИГИЛ. Чтобы закрепить победы над джихадистами, Америке следует поддержать плюралистическую и децентрализованную политику (не путать с демократией), которая дает голос разрозненным группам региона, особенно арабам-суннитам. В Ираке США должны поощрять правительство задобрить суннитов и приобщить их к управлению страной. Как противовес Ирану Вашингтон должен использовать воздушную мощь, силы спецназначения и дипломатию.

С Сирией еще сложнее. Конца гражданской войны там до сих пор не видно. Тиллерсон зондирует почву на предмет сотрудничества с Россией для стабилизации в стране, но непонятно, чего он хочет. Сейчас Америка может помочь местным союзникам продвинуться вниз долиной Евфрата. Не только чтобы разбить остатки ИГИЛ, но и чтобы способствовать попаданию пункта пересечения границы в дружеские руки. Это должно обеспечить американцам голос в будущих мирных переговорах.

Читайте также: Энергия ИГИЛ никуда не исчезнет

Но для этого надо удвоить усилия, направленные на обучение умеренных арабов-суннитов. Альянс под руководством курдов вряд ли захочет идти дальше за Ракку. Следовательно, приоритетом будет формирование арабской силы, которая смогла бы воевать с ИГИЛ и отворачивать поддержку от него. Это непременно приведет США к очередному контакту с Ираном. Американские силы и их союзники уже почти вплотную приблизились к сирийцам и других, кто продвигается на восток, пытаясь соединиться с поддерживаемыми Ираном боевиками-шиитами в Ираке и образовать коридор из Ирана в Ливан по суше.

Америка сбила сирийский истребитель и разбомбила поддерживаемых Ираном боевиков, которые угрожали силам США и их союзников на аль-Танфе вблизи южной границы между Иорданией и Ираком. И если этого не достаточно, то Трамп еще и заявляет, что «Иран предупрежден», хотя пока что соблюдает договоренности, достигнутой Бараком Обамой, о заморозке ядерной программы Ирана. Во время обсуждения в администрации новой политики в отношении Ирана слышится много разговоров о новых санкциях: кто агитирует за «навязанную демократизацию», то есть свержения муллы.

Таким образом Америка может оказаться в войне с Ираном или за какой-то военный инцидент, или если ее в такую войну втянут союзники из Персидского залива, или если она снова поведется на иллюзии, будто свержение врагов — это легко и не больно. Конфликт с Ираном вряд ли сместит клерикалов-мусульман, но, несомненно, расширит нестабильность и шиитский радикализм. Иран слишком большой, чтобы его не включать в дела региона, но поддается сдерживанию через сочетание давления и диалога. Поэтому США следует работать над тем, чтобы положить конец ссоре между своими союзниками из Залива (которая играет в пользу Ирана). Так же США должны действовать, чтобы остановить войну в Йемене, что создает пространство для «Аль-Каиды».

Такая нужная и ограниченная американская мощь

Как бы Америка не сделала, результат не будет беспроблемным. Ее действия должны иметь ограниченные цели. Войны в Афганистане и Ираке после терактов 11 сентября 2001 года свидетельствуют, что США хорошо удается разбивать врагов, но плохо получается строить долговечные институты. Грандиозные планы по коренному преобразованию стран обычно проваливаются. Однако коллапс Сирии и подъем ИГИЛ с 2011 года показывают, что пренебрежение проблемами представляет роковую угрозу. Америка не имеет другого выбора, кроме как сдерживать худший из возможных беспорядков. Трампу следует взять на работу хороших специалистов и разработать план. И сделать это быстро.

  1. Последние новости
  2. Популярные новости

Популярные новости сегодня

Загрузка...
Шенгенская виза: категории и оформление рейтинги Украины
Реклама
Соглашение об ассоциации

О нас

Метки