Антироссийские санкции: когда заскулят российские «Искандеры»?

Действительно ли Россия готова выводить свои войска с Донбасса? Такой вопрос начал муссироваться в СМИ после минской встречи спецпосланника США по Украине Курта Волкера и куратора российских боевиков в Донбассе Владислава Суркова.

Серьезным основанием для таких утверждений можно считать влияние западных санкций на Россию, который становится все более болезненным, пишет Петр Гладиевский для Zbuc.

Итак, встреча специального представителя Государственного департамента США по украинскому вопросу Курта Волкера с помощником президента Российской Федерации Владиславом Сурковым состоялась в Минске в понедельник, 21 августа. Волкер до сих пор не комментировал результатов переговоров. Поэтому какое-то впечатление о результатах встречи мы можем сформировать лишь со слов россиянина. Сурков же охарактеризовал встречу лишь в общих словах и дипломатических формулировках: «хорошая встреча», «договорились о продолжении совместной работы», «определили темы для следующей встречи». Поэтому вряд ли эти реплики помогут каким-то образом разобраться в ситуации.

Однако в украинском медиапространстве с лавинообразный скоростью начала распространяться информация о том, что Кремль якобы, кажется, закрывает проект «Новороссия» и спешно выводит свои войска из оккупированного Донбасса. Появились они с легкой руки заместителя министра по вопросам временно оккупированных территорий и ВПО Украины Юрия Грымчака, который в эфире «5 канала» в программе «Время. Итоги дня» прокомментировал встречу Курта Волкера и Владислава Суркова:

«Я думаю, что решение по Донбассу, по большому счету, уже принято – они (российские военные) уйдут оттуда. Единственное, что сегодня обсуждается, как они пойдут, на каких условиях и так далее».

Конечно, такие слова – чистая спекуляция. Ведь если изучать все те месседжи, которые подавали участники переговоров причастные к этому процессу официальные лица, то нигде и близко не пролетает такая информация. В конце концов, Министерство по вопросам временно оккупированных территорий стало вообще кузницей спекуляций и странных заявлений. Вспомнить хотя бы слова коллеги Грымчака, еще одного заместителя министра Георгия Туки, который, не особо задумываясь, а может и со злым умыслом заявил в комментарии для журналистов:

«Мы не можем пока что, несмотря на все старания, юридически доказать присутствие на Донбассе регулярной российской армии».

Понятно, что эти его слова сразу же подхватили российские и украинские пророссийские СМИ и подняли шум – мол, Киев официально признал, что «ихтамнетов» на Донбассе действительно нет.

С не меньшим резонансом разошлись и слова Грымчака. Медиапространством пошла гулять информация, что Путин признал свое поражение, прекращает войну с Украиной, а российские войска вот-вот ретируются с нашей территории. Хотя даже поверхностный анализ действий кремлевских завсегдатаев позволяет сделать вывод, что оккупация продлится и пока что никаких шагов для ее сворачивания не сделано.

С другой стороны, эта медийная «победная» волна дает повод еще раз задуматься: а вот реально, на сколько еще времени хватит Российской Федерации ресурсов, чтобы вести эту бессмысленную войну и удерживать оккупированный регион под своим контролем? Ведь секторальные санкции против российской экономики продолжаются вот уже три года, и «Искандеры» давно уже не смеются. Но когда уже они заскулят, когда экономическое давление на Россию станет таким невыносимым, что Кремлю чисто с точки зрения выживания придется закрывать все «внешние» проекты, а прежде всего – «Новороссию» или «Малороссию»?

Напомним, что секторальные санкции Европейский Союз ввел довольно оперативно после уничтожения россиянами пассажирского самолета Малайзийских авиалиний MH-17, который российские военные вместе с пророссийскими сепаратистами на Донбассе совершили 17 июля 2014 года. С тех пор каждые полгода санкции продлеваются. Последний раз это было сделано 28 июнь 2017 года. Три года назад экономические санкции вслед за ЕС ввели и Соединенные Штаты.

Главным образом санкции нацелены на финансовый, энергетический и оборонный секторы, то есть теоретически они не касаются простых граждан. Однако, как констатируют эксперты, на самом деле влияние европейских санкций ощущают на себе прежде всего простые россияне. И этот негативный эффект может растянуться на долгие годы.

Рассмотрим прежде всего санкционные меры в банковско-финансовой сфере. Они, в частности, предусматривают запрет на кредитование российских банков и компаний с государственным капиталом в западных финансовых институтах. Это стремительно сократило доступ российского бизнеса к так называемым «дешевым» деньгам. По данным PricewaterhouseCoopers, если в 2013 году только на рынке еврооблигаций российские эмитенты привлекли 46,4 млрд долларов, то в 2015 году – лишь около $5 млрд.

В европейских и американских банках было выгодно перекредитовываться, не отвлекая на выплату процентов по старым кредитам основные средства. Таким образом российские компании могли инвестировать их в развитие. Эксперты московского Института народнохозяйственного прогнозирования еще в 2015 году подсчитали, что российская экономика вынуждена заполнить дыру в $160-200 млрд заемных ресурсов, которые выпали из оборота. То есть эти деньги надо было или искать в азиатских банках, что невозможно сделать быстро, или брать из собственных оборотных средств. В конце концов деньги, которые Россия могла направить на развитие бизнеса, шли на выплату процентов по старым кредитам.

Санкции очень болезненно ударили по российскому военно-промышленному комплексу. Как признали сами же представители российского правительства, РФ не может завершить строительство ряда кораблей для нужд Военно-морского флота. Проекты пришлось заморозить на неопределенное время.

В результате таких ограничительных мер Россия, в частности, не смогла приобрести два французских вертолетоносца типа Mistral. Соответствующий контракт стоимостью €1,2 млрд французская судостроительная корпорация DCNS заключила с Рособоронэкспортом еще летом 2011 года. Однако затем Париж отложил передачу судов Кремлю, мотивировав это агрессией в Украине. В августе 2015 года тогдашний президент Франции Франсуа Олланд заявил об окончательном расторжении контракта. Корабли впоследствии были перепроданы за один миллиард евро военно-морским силам Египта.

Но еще мощнее санкции ударили по российской энергетике, которая была очень зависимой от импортных технологий. Именно на энергетический сектор они будут иметь наиболее долгосрочный и мучительный влияние. Через санкции стремительно падают темпы разработки новых месторождений нефти и газа, сокращается объем добычи углеводородов.

Россия, со своей стороны, и дальше пытается доказать всему миру, что якобы кризис, вызванный санкциями, ей удалось преодолеть и даже выйти на путь экономического роста. Время на эти пропагандистские маневры Кремля покупаются и некоторые западные СМИ. А Россия использует такие публикации как доказательство, что это Запад восторженно смотрит на экономическую мощь России.

Для наглядности приведем характерный пример с публикацией в авторитетной немецкой газете Frankfurter Allgemeine Zeitung. Примерно недели две назад во всех кремлевских телеканалах и газетах на первых позициях подавалась победоносная новость под следующим титулом: «В Германии удивлены ростом российской экономики вопреки санкциям». Только беглый осмотр на Google давал ссылки на более сотни публикаций под похожим названием. «Россия дала себе совет с санкциями», «Немецкие СМИ отметили рост российской экономики» или даже «Немецкие журналисты в шоке от роста экономики России» – такие победные реляции орали из всех российских изданий.

А что же было на самом деле? Весь этот поток публикаций был вызван одинокой небольшой заметкой в FAZ. Последняя же была написана на основе... сообщения российской Федеральной службы государственной статистики, которую россияне сокращенно называют «Росстатом», рост ВВП РФ во втором квартале 2017 года на 2,5 процента в годовом выражении. Проблема лишь в том, что немецкое издание назвало «Росстат» – «Национальным ведомством статистики» (Nationales Statistikamt). Вот российские издания и ухватились за этот не вполне корректный перевод немцами российского ведомства и на своих страницах превратили его в немецкую структуру. «Национальное бюро статистики Германии провело аналитическое исследование, согласно которому экономика России выросла во втором квартале 2017 года на 2,5 процента по сравнению с аналогичным периодом прошлого года», – вот как через специально «испорченный телефон» подавали информацию российские СМИ. Такая же нехитрая манипуляция представляла уже информацию не от кремлевских структур, а от вполне якобы западных.

При этом российские СМИ как-то стыдливо обошли вниманием другую информацию в тексте от FAZ. Во-первых, там речь шла о том, что подъем начался в конце 2016 года после сокращения ВВП в течение семи кварталов подряд. Другими словами, что нынешнему росту предшествовали два года рецессии. Поэтому эти два с половиной процента отнюдь не компенсировали падения предыдущего. Это при том, если такой рост действительно имело место.

Во-вторых, проигнорированы фразы из немецкого издания о том, что единственным сектором российской экономики, в котором зафиксирован спад во втором квартале, является сельское хозяйство. Хотя, казалось бы, почему в минусе остался именно тот сектор, который, как не устают утверждать в Москве, якобы в наибольшей степени выиграл от российских контрсанкций на экспорт пищевой продукции? И здесь возникают вопросы относительно правдивости кремлевской статистики в целом.

И если присмотреться внимательнее к цифрам, на основе которых выстроена тезис о российское экономический рост, то можно разглядеть его полную фейковість. Об этом свидетельствует прежде всего один существенный показатель социально-экономического состояния общества – реальные доходы граждан. А они по первое полугодие 2017 года упали на примерно семь процентов. Вот такая интересная статистика: российская экономика растет быстрыми темпами, а россияне почему-то беднеют. Как тут не вспомнить крылатую фразу премьер-министра РФ Дмитрия Медведева:

«Денег нет, но вы держитесь!»

Во-вторых, это формальное рост не имеет ничего общего с реформами или наращиванием производительности труда внутри страны. Оно базируется исключительно на внешних факторах, главный из которых – рост цен на нефть. А тем временем по оценкам экспертов международного рейтингового агентства Moody's, западные санкции стоили России примерно 1,2% ВВП ежегодно. Поэтому уже в следующем, 2018-го в случае, если санкции не будут сняты, российская экономика рискует недосчитаться трех и более процентов ВВП в год.

Спасти российскую экономику от рецессии, по мнению международных экспертов, способны только радикальные экономические реформы. Впрочем, даже если бы на это неожиданно возникла политическая воля российского руководства, то эффективно проводить реформы такого рода возможно только при условии открытых рынков и нормальных внешнеэкономических отношений с зажиточным и прогрессивным западным миром. В условиях же санкций никакого положительного эффекта ожидать не стоит. Поэтому рецессия лишь будет углубляться, государственная казна будет терять триллионы рублей. И здесь уже действительно Москве станет не до внешних инвазионных проектов.

Именно на этом экономическом факторе можно строить гипотезу о вероятном скором выводе российских войск с территории оккупированного Донбасса. И если предположения западных аналитиков верны, то вывод оккупационных войск следует ожидать примерно весной следующего года.


...
  1. Последние новости
  2. Популярные новости

Популярные новости сегодня

загрузка...
Шенгенская виза: категории и оформление рейтинги Украины
Реклама

Это интересно...

Соглашение об ассоциации

Мероприятия в ЕС

О нас

Метки